Гоголь про Украину

Гоголь и Украина

Николай Гоголь родился и вырос в Украине. Детство его прошло в живописных местах, овеянных казацким прошлым, древней историей, народными легендами. С детства Николай видел вокруг колоритных людей из народа: казаков, чумаков, торговцев на рынке, хитрых цыган-«лошадников», зажиточных и бедных крестьян, острых на язык девушек и веселых задорных парней. А еще он с детства слушал народные предания, в том числе и страшные. Например, о ведьмах, о русалках-водяницах, о цветке папоротника, который цветет только одну ночь — на Ивана Купала.

Позже в сборнике рассказов «Вечера на хуторе близ Диканьки» Гоголь воспроизвел все это. Он создал образ степной Украины — щедрой земли жизнерадостных людей. Эта земля овеяна сказочными легендами, иногда смешными, как в «Сорочинской ярмарке», иногда таинственными или жуткими, как в «Вечере накануне Ивана Купала». Свои произведения о жизни простых украинцев Гоголь снабдил острым украинским словцом. Без этого был бы утрачен неповторимый колорит. Яркий юмор Гоголя также народный, острый и точный.

Гоголь жил в Полтаве и учился в Нежинской гимназии высших наук. Эти города сохраняли историю украинского казачества, которую в художественной форме Гоголь затем отразил в романе «Тарас Бульба». Очень тщательно в этой книге описал Гоголь казацкий быт и обычаи дома и на войне. А в миргородском цикле повестей Гоголь подробно изобразил быт и типичное поведение уже другого слоя украинского населения — сонных помещиков-обывателей, чиновников-«буквоедов», студентов-гуляк. Примерами могут служить такие произведения, как «Старосветские помещики», «Вий», «Повесть о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем».

На творчество Николая Гоголя большое влияние оказала Украина, ее фольклор, колорит, типажи людей . Но и сам Гоголь впервые вызвал интерес к украинской культуре по всей Российской империи, а потом и в других странах, ведь его произведения переводились на иностранные языки. Он оказал большое влияние на развитие украинской литературы. На основе произведений Гоголя было создано несколько классических опер, например, «Ночь перед Рождеством» композитора Н.Римского-Корсакова.

Образ Собакевича из «Мертвых душ» Гоголя. Цитатная характеристика Собакевича

Цитатная характеристика Земляники из комедии “Ревизор” Гоголя

Характеристика помещика Манилова из «Мертвых душ» Н. Гоголя

Анализ повести Н. Гоголя «Шинель: образ «маленького человека»

В единстве сила: как Николай Гоголь создал Украину

Ровно 210 лет назад, 1 апреля 1809 года, родился Николай Васильевич Гоголь. Журналист Алексей Королев для «Известий» вспомнил, так ли уж безумен был самый таинственный гений русской словесности и почему его фигура имеет сегодня не только литературное значение.

Образное мышление

У каждого русского классика в его, так сказать, медийном образе есть какая-то одна черта, которая возникает в голове любого человека при упоминании соответствующей фамилии. Пушкин жовиален. Лермонтов дерзок, Тургенев барственен, Достоевский суров, Толстой одержим. В этой парадигме Гоголь, разумеется, «безумен», не только в годину драматического ухода (нет никаких сомнений, что это было медленное самоубийство), но прямо с юности. Недавний успех телевизионной фантазии на эту тему подтверждает привлекательность такого рода подхода; попробуй, кстати, сними увлекательное массовое кино про толстовские искания?

Фото: ТАСС Николай Васильевич Гоголь — русский прозаик, драматург, поэт, критик, публицист, признанный одним из классиков русской литературы

Меж тем мемуаристы зачастую свидетельствуют о совершенно противоположном, рисуя частную жизнь Гоголя довольно обыденной и даже рациональной. Вот он возится с младшей сестрой (Ольга Гоголь-Головня умерла в 1907 году!), пытаясь научить ее грамоте, вот занимается хозяйственными делами в имении матери («то примется за посадку фруктовых деревьев, то, напротив, вместо фруктовых начинает садить дуб, ясень, берест; часто он изменял расписание рабочего времени для крепостных, пробовал их пищу, помогал им устраивать свое хозяйство, давая им советы»), вот настаивает водку (непременно на вербене), вот угощает Аксакова собственноручно приготовленными макаронами («положил сначала множество масла и двумя соусными ложками принялся мешать макароны, потом положил соли, потом перцу и, наконец, сыр и продолжал долго мешать»). Даже в несколько комичном и коротком пребывании в должности профессора Петербургского университета («так невысок был еще весь уровень тогдашней университетской науки», тактично пишет Брокгауз, намекая на то, что профессор Гоголь высшего образования не имел, да и гимназию окончил не без труда) больше веселого анекдота, нежели мрачной сатиры.

Смешалось всё

Магия гоголевской фигуры в этом странном смешении обыденного и иррационального, столь нетипичном для русской литературы вообще, а уж для литературы XIX века тем более. У Гоголя нет интересной личной биографии — он не воевал, не участвовал в заговорах, не покорял эскадронами девиц и жен, не «вколачивал ум в персиян». Правда, объездил всю Европу, жил не только в Риме, Париже, Ницце, Женеве, но и в таких неожиданных городах, как Франкфурт, Остенде, Любек, Дюссельдорф. Но много ли осталось в его книгах от Любека?

Дом № 7 на Суворовском (Никитском) бульваре, где жил и скончался великий русский писатель Н.В. Гоголь

Фото: ТАСС/Сергей Иванов-Аллилуев

Когда Гоголь умер, добросовестные душеприказчики тщательно описали оставшееся имущество. Наличных денег при писателе не оказалось вовсе, всего же имущества насчитали на 43 рубля с копейками, в основном — старая одежда. Это не было нищетой в традиционном смысле: Гоголь был успешным литератором, да еще и коллежским советником (то есть полковником гражданской службы). Безразличие к быту не носило у Гоголя асоциальный характер: он действительно хотел просто размышлять о Боге и его месте в собственной жизни — действительно, какая в этом случае разница, сколько у тебя в кошельке? Безумие? Как посмотреть.

Хрестоматийность гоголевского наследия не всегда дает возможность объективно его оценить. Конечно, его стоит при первой возможности перечитывать, особенно тем, кто последний раз делал это в школе. Читать Гоголя — чистое и простое наслаждение (далеко не со всеми русскими писателями первого ряда это так): бриллиантовый язык, уникальная наблюдательность, ненавязчивая мощь обобщений. Это, конечно, элементарно вечная, не способная умереть литература. Но есть и еще одна вещь, которая делает родившегося 210 лет назад писателя донельзя актуальным.

Что за комиссия, создатель

Любая украинская энциклопедия, разумеется, числит Гоголя украинским писателем (самые деликатные соглашаются на «украинский и русский»). Как ни странно, в этом нет ничего похожего на анекдот, как, скажем, в случае с Сикорским, которого на полном серьезе пытаются иногда именовать «украинским авиаконструктором». Гоголь, разумеется, украинский писатель — в том смысле, в котором Бажов писатель уральский, а Астафьев — сибирский. Он вырос в Малороссии, ничуть этого не стеснялся и был, кажется, единственным украинцем в Петербурге, который не чувствовал себя провинциалом. Не было и нет ни одного писателя — неважно, на каком языке он работает, — который бы прославил Украину так, как Гоголь. Собственно, всё то, что во всем мире считают «украинским», — весь национальный колорит, от вышиванок до борща — по сути, рожден Гоголем, частью на основании бесконечных рассказов матери (которая, кстати, была родом из-под Орла), частью из детских воспоминаний, а частью — какой, мы уже никогда не узнаем, — силою великого вымысла. Украинское в Гоголе органично настолько, что отдельные литературоведы всерьез полагают, что вплоть до «Тараса Бульбы» Гоголь всё великорусское не понимал и высмеивал, а к украинскому относился как к некоему идеалу.

Фото: commons.wikimedia.org Подпись Николая Васильевича Гоголя

Это, разумеется, быстро прошло. Как всякий гений, Гоголь мыслил категориями глобальными, но вопрос происхождения своего и влияния своих корней его занимал всю жизнь. «Сам не знаю, какая у меня душа, хохлацкая или русская. Знаю только то, что никак бы не дал преимущества ни малороссиянину перед русским, ни русскому пред малороссиянином. Обе природы слишком щедро одарены Богом, и как нарочно каждая из них порознь заключает в себе то, чего нет в другой, — явный знак, что они должны пополнить одна другую. Для этого самые истории их прошедшего быта даны им непохожие одна на другую, дабы порознь воспитались различные силы их характера, чтобы потом, слившись воедино, составить собою нечто совершеннейшее в человечестве».

Это не амбивалентность, это мост. Конечно, при жизни Гоголя всё это имело исключительно умозрительное значение — зато теперь он настоящая фигура согласия. Правда, чтобы этот мост заработал, с обеих сторон нужно от многого отказаться: кому-то — от снисходительности, а кому-то — от комплекса неполноценности, возведенного в ранг национальной идеологии. Родившегося на Украине великого русского писателя Гоголя нет нужды делить — и это, кажется, то, чего сейчас нам всем очень не хватает.

Николай Гоголь об украинском народе: «новое славянское поколение в южной России»

Продолжаем публиковать материалы наших друзей из БАРС. В этот раз — рассказ о Николае Гоголе и его отношении к украинскому (как тогда было принято говорить — малороссийскому) народу.

Как известно, Николай Васильевич Гоголь родился в Полтавской губернии, на Украине, как он сам говорил, и происходил из старинного украинского казацкого рода, будучи потомком Остапа Гоголя — гетмана Правобережного Войска Запорожского Речи Посполитой.

В связи с событиями в современной Украине взгляды Гоголя на украинский вопрос особенно актуальны сегодня. Ведь он, для которого украинский язык был таким же родным, как и великорусский, умел сочетать в себе горячую любовь к малой родине с цельным государственным взглядом — русским национализмом.

Гоголю не нужно было выяснять, украинец он или русский — в споры об этом его втянули друзья. В 1844 году он так отвечал на запрос Александры Осиповны Смирновой:

— Скажу вам одно слово насчет того, какая у меня душа, хохлацкая или русская, потому что это, как я вижу из письма вашего, служило одно время предметом ваших рассуждений и споров с другими. На это вам скажу, что сам не знаю, какая у меня душа, хохлацкая или русская. Знаю только то, что никак бы не дал преимущества ни малороссиянину перед русским, ни русскому пред малороссиянином. Обе природы слишком щедро одарены Богом, и как нарочно каждая из них порознь заключает в себе то, чего нет в другой, — явный знак, что они должны пополнить одна другую. Для этого самые истории их прошедшего быта даны им непохожие одна на другую, дабы порознь воспитались различные силы их характера, чтобы потом, слившись воедино, составить собою нечто совершеннейшее в человечестве.

Русский и малоросс — это души близнецов, пополняющие одна другую, родные и одинаково сильные. Отдавать предпочтение одной в ущерб другой невозможно — считал великий писатель. При этом, ни в коей мере не унижая роль украинской культуры, Гоголь утверждал необходимость поддержки и развития единственно русского литературного языка, подчеркивая:

— Нам надо писать по-русски: надо стремиться к поддержке и упрочению одного, владычного языка для всех родных нам племен. Доминантой для русских, чехов, украинцев и сербов должна быть единая святыня — язык Пушкина, какою является Евангелие для всех христиан.

Исторический вестник, 1881, № 12. С. 479.

Не случайно Гоголь приводит в качестве примера Евангелие — русских и украинцев объединяла единая Греко-Российская Православная Церковь, и именно этот факт являлся важнейшим основанием для государственного единства.

Чтобы лучше понять мотивы Н.В. Гоголя, предлагаем читателям ознакомиться с отрывками из его статьи, посвященной истории Украины.

«Теперь я принялся за историю нашей единственной бедной Украины. Ничто так не успокаивает, как история. Мои мысли начинают литься тише и стройнее. Мне кажется, что я напишу её, что я скажу много того, что до меня не говорили».

— Н.В. Гоголь, 9 ноября 1833 года.

…Тогда случилось дивное происшествие. Из Азии, из средины ее, из степей, выбросивших столько народов в Европу, поднялся самый страшный, самый многочисленный, совершивший столько завоеваний, сколько до него не производил никто. Ужасные монголы, с многочисленными, никогда дотоле не виданными Европою табунами, кочевыми кибитками, хлынули на Россию, осветивши путь свой пламенем и пожарами — прямо азиатским буйным наслаждением. Это нашествие наложило на Россию двухвековое рабство и скрыло ее от Европы…

Как бы то ни было, но это страшное событие произвело великие следствия: оно наложило иго на северные и средние русские княжения, но дало между тем происхождение новому славянскому поколению в южной России, которого вся жизнь была борьба и которого историю я взялся представить…

Южная Россия более всего пострадала от татар. Выжженные города и степи, обгорелые леса, древний разрушенный Киев, безлюдье и пустыня — вот что представляла эта несчастная страна! Испуганные жители разбежались или в Польшу, или в Литву; множество бояр и князей выехало в северную Россию. Еще прежде народонаселение начало заметно уменьшаться в этой стороне. Киев давно уже не был столицею; значительные владения были гораздо севернее.

Киев — древняя матерь городов русских, сильно разрушенный страшными обладателями табунов, долго оставался беден и едва ли мог сравниться со многими, даже не слишком значительными, городами северной России…

И вот южная Россия, под могущественным покровительством литовских князей, совершенно отделилась от северной. Всякая связь между ими разорвалась; составились два государства, называвшиеся одинаковым именем — Русью, одно под татарским игом, другое под одним скипетром с литовцами. Но уже сношений между ими не было…

Но прежде всего нужно бросить взгляд на географическое положение этой страны, что непременно должно предшествовать всему, ибо от вида земли зависит образ жизни и даже характер народа. Многое в истории разрешает география.

Эта земля, получившая после название Украины, простирающаяся на север не далее 50° широты, более ровна, нежели гориста. Небольшие возвышенности истречаются очень часто, но ни одной гористой цепи. Оперная ее часть перемежается лесами, содержавшими прежде в себе целые шайки медведей и диких кабанов; южная вся открыта, вся из степей, кипевших плодородием, но только изредка засевавшихся хлебом. Девственная и могучая почва их своевольно произращала бесчисленное множество трав. Эти степи кипели стадами сайг, оленей и диких лошадей, бродивших табунами. С севера на юг проходит великий Днепр, опутанный ветвями впадающих в него рек. Правый берег его горист и представляет пленительные и вместе дерзкие местоположения; левый — весь из лугов, покрытых рощами, потоплявшимися водою. Двенадцать порогов — выросших из дна реки скал — недалеко от впадения его в море преграждают течение и делают плавание по нем чрезвычайно опасным.

К северу ли с Россией, к востоку ли с кипчакскими татарами, к югу ли с крымскими, к западу ли с Польшей — везде она граничила полем, везде равнина, со всех сторон открытое место. Будь хотя с одной стороны естественная граница из гор или моря — и народ, поселившийся здесь, удержал бы политическое бытие свое, составил бы отдельное государство. Но беззащитная, открытая земля эта была землей опустошений и набегов, местом, где сшибались три враждующие нации, унавожена костями, утучнена кровью.

Один татарский наезд разрушал весь труд земледельца: луга и нивы были вытаптываемы конями и выжигаемы, легкие жилища сносимы до основания, обитатели разгоняемы или угоняемы в плен вместе со скотом. Это была земля страха, и потому в ней мог образоваться только народ воинственный, сильный своим соединением, народ отчаянный, которого вся жизнь была бы повита и взлелеяна войною. И вот выходцы вольные и невольные, бездомные, те, которым нечего было терять, которым жизнь — копейка, которых буйная воля не могла терпеть законов и власти, которым везде грозила виселица, расположились и выбрали самое опасное место в виду азиатских завоевателей — татар и турков.

Эта толпа, разросшись и увеличившись, составила целый народ, набросивший свой характер и, можно сказать, колорит на всю Украину, сделавший чудо — превративший мирные славянские поколения в воинственные, известный под именем Козаков, народ, составляющий одно из замечательных явлений европейской истории, которое, может быть, одно сдержало это опустошительное разлитие двух магометанских народов, грозивших поглотить Европу…

Вначале частые нападения татар на северную часть Украины заставляли жителей спасаться бегством, приставать к козакам и увеличивать их общество. Это было пестрое сборище самых отчаянных людей пограничных наций. Дикий горец, ограбленный россиянин, убежавший от деспотизма панов польский холоп, даже беглец исламизма татарин, может быть, положили первое начало этому странному обществу по ту сторону Днепра, впоследствии постановившему целью,подобно орденским рыцарям, вечную войну с неверными. Это скопище людей не имело никаких укреплений, ни одного замка. Землянки, пещеры и тайники в днепровских утесах, часто под водою, на днепровских островах, в гуще степной травы, служили им укрытием для себя и для награбленных богатств. Гнездо этих хищников было невидимо; они налетали внезапно и, схвативши добычу, возвращались назад. Они поворотили против татар их же образ войны — те же азиатские набеги. Как жизнь их определена была на вечный страх, так точно, с своей стороны, они решились быть страхом для соседей. Татары и турки должны были всякий час ожидать этих неумолимых обитателей порогов…

Большая часть этого общества состояла, однако ж, из первобытных, коренных обитателей южной России. Доказательство — в языке, который, несмотря на принятие множества татарских и польских слов, имел всегда чисто славянскую южную физиономию, приближавшую его к тогдашнему русскому, и в вере, которая всегда была греческая. Всякий имел полную волю приставать к этому обществу, но он должен был непременно принять греческую религию. Это общество сохраняло все те черты, которыми рисуют шайку разбойников; но, бросивши взгляд глубже, можно было увидеть в нем зародыш политического тела, основание характерного народа, уже вначале имевшего одну главную цель — воевать с неверными и сохранять чистоту религии своей…

Это скопление мало-помалу получило совершенно один общий характер и национальность и, чем ближе к концу XV века, тем более увеличивалось приходившими вновь…

Между тем разгульные холостяки вместе с червонцами, цехинами и лошадьми стали похищать татарских жен и дочерей и жениться на них. От этого смешения черты лица их, вначале разнохарактерные, получили одну общую физиогномию, более азиатскую. И вот составился народ, по вере и месту жительства принадлежавший Европе, но между тем по образу жизни, обычаям, костюму совершенно азиатский,— народ, в котором так странно столкнулись две противоположные части света, две разнохарактерные стихии: европейская осторожность и азиатская беспечность, простодушие и хитрость, сильная деятельность и величайшая лень и нега, стремление к развитию и усовершенствованию— и между тем желание казаться пренебрегающим всякое совершенствование.

— Н.В. Гоголь, «Взгляд на составление Малороссии», 1832 год.

Образ Украины в творчестве Николая Гоголя
Николай Гоголь — гениальный русский писатель. Но истоки его творчества — в украинской культуре. Украинец по происхождению, он с детства хорошо знал украинские сказки, песни, былины. Именно они насыщали его воображение, что создала прекрасные .»Вечера на хуторе близ Диканьки», «Миргород».
Образ Украины можно легко представить себе, читая произведения М. Гоголя. Как настоящий исследователь он знакомит читателя с языком, которым говорят «близ Диканьки», даже подает словарик наиболее употребительных слов. Описывает природу, рассказывает о людях, их обычаи, верования, их радости и скорби. И все это проникнуто такой большой любовью, таким восторгом, таким восхищением, что невозможно остаться равнодушным: «…Полдень блещет в тишине и ВНОе, и голубой неизмеримый океан, сладострастным куполом нагнувшийся над землей, кажется, заснул, весь утонув в неге. Обнимая и сжимая прекрасную в воздушных объятьях своих» («Сорочинская ярмарка»).
Невозможно остаться равнодушным и к людям, о которых пишет автор. Кузнец Вакула из повести «Ночь перед Рождеством» искренне и преданно любит красавицу Оксану и готов на все ради нее, даже достать черевички, что носит царица. И гордая красавица понимает, что нет лучшего парня, чем Вакула, и не надо ей уже царициних башмачков.
Гоголь будто собирает голоса своих героев и говорит вместе с ними языке, что похожа на песню. И вместе со своими героями он создает великолепную книгу, полную любви к людям, живых чувств, яркого света и страшной тьмы.
Т. Шевченко был ярым поклонником «Вечеров на хуторе близ Диканьки». Именно он отмечал, что фантастические, почти сказочные повести раскрывают глубокий, самобытный ум автора и его нежную любовь к людям.
И все же образ, что создает Гоголь, не идеальный. Автор видит извечную борьбу добра и зла в разных проявлениях. Людям противостоят темные силы, которые портят человеческие отношения, определяют противостояние людей.
В повести «Тарас Бульба» Гоголь изображает гордых, смелых людей, для которых свобода и честь — самое дорогое сокровище. Сама природа порождает такие характеры — бескрайние степи, широкие реки, небесный простор.
Образ Украины в Гоголя романтический. Украина поражает читателя своими людьми, сильными и страстными, своей природой, яркой и красочной. Это край, где возможно все, где борьба добра и зла извечная, но люди И становятся на сторону добра и поэтому побеждают зло.

Беседа Тараса с Янкелем.
— Что ж ты делал в городе? Видел наших?
— Как же! Наших там много: Вальцман, Яцек,Коломойша , Фарион, еврей-арендатор…
— Пропади они, собаки! — вскрикнул, рассердившись, Тарас. — Что ты мне тычешь свое жидовское племя! Я тебя спрашиваю про наших донецких.
— Наших донецких не видал. А видал одного пана Андрия.
— Андрия видел? — вскрикнул Бульба. — Что ж ты, где видел его? в подвале? в яме? обесчещен? связан?
— Кто же бы смел связать пана Андрия? Теперь он такой важный активист… Далибуг, я не узнал! И броник в в долларах, и разрузка в долларах, и каска в долларах, и тризуб на каске в долларах, и в жопе доллары, и везде доллары, и все доллары. Так, как солнце взглянет весною, когда в огороде всякая пташка пищит и поет и травка пахнет, так и он весь сияет в »зелени». И БеТеР SAXON дал ему головнокамандующий самого лучшего, британского; два ста долларов стоит один БеТеР.
Бульба остолбенел.
— Зачем же он надел гавно это?
— Потому что лучше, потому и надел… И сам разъезжает, и другие разъезжают; и он выёбывается, и перед ним выёбываются. Как наибогатейший галицский пан!
— Кто ж его принудил?
— Я ж не говорю, чтобы его кто принудил. Разве пан не знает, что он по своей воле перешел к ним?
— Кто перешел?
— А пан Андрий.
— Куда перешел?
— Перешел на их сторону,в »правый сектор», он уж теперь совсем ихний.
— Врешь, гандон!
— Как же можно, чтобы я врал? Дурак я разве, чтобы врал? На свою бы голову я врал? Разве я не знаю, что жида повесят, как собаку, коли он соврет перед паном?
— Так это выходит, он, по-твоему, продал отчизну и веру?
— Я же не говорю этого, чтобы он продавал что: я сказал только, то он перешел к ним.
— Врешь, чертов жид! Такого дела не было на христианской земле! Ты путаешь, собака!
— Пусть трава прорастет на пороге моего дома, если я путаю! Пусть всякий наплюет на могилу отца, матери,хомячка, свекора, и отца отца моего, и отца матери моей, если я путаю. Если пан хочет, я даже скажу, и отчего он перешел к ним.
— Отчего?
— У головнокамандующего есть сынок-красавец. Святой боже, какой красавец!
Здесь жид постарался, как только мог, выразить в лице своем красоту, расставив руки, прищурив глаз и покрививши набок рот, как будто дерьма отведавши.
— Ну, так что же из того?
— Он для него и сделал все и перешел.ведь бывает так что коли человек в пидораса влюбится и сам оттого пидорасом обратится то не думает он боле ни разумом,ни сердцем,ни душою,ни чем больше не думает а только лишь одною жопой своей.
Крепко задумался Бульба. Вспомнил он, что велика власть новых «европейких ценностей», что многих сильных погубляла она, что податлива с этой стороны природа Андрия; и стоял он долго как вкопанный на одном и том же месте.
— Слушай, пан, я все расскажу пану, — говорил жид. — Как только услышал я шум и увидел, что проходят в городские ворота, я схватил на всякий случай с собой пачку памперсов большого размера, потому что в городе есть террбаты и ВСУ, а коли есть террбаты и ВСУ, сказал я себе, то хоть им и есть нечего, а штаны то они все одно пачкают. И как только правосеки пустили меня, я побежал на головнокомандующего двор продавать памперсы и расспросил все у проститутки Виты Завирухи. «Будет свадьба сейчас, как только прогонят донецких. Пан Андрий обещал прогнать донецких».
— И ты не убил тут же на месте его, пидораса? — вскрикнул Бульба.
— За что же убить? Он в пидорасы перешел по доброй воле . Чем человек виноват? Там ему лучше, туда и перешел.
— И ты видел его в самое его подлое ебло?
— Ей-богу, в самое ебло! Такой славный вояка!Как Рэмба! Всех взрачней. Дай бог ему здоровья, меня тотчас узнал; и когда я подошел к нему, тотчас сказал…
— Что ж он сказал?
— Он сказал… прежде кивнул пальцем, а потом уже сказал: «Янкель!» А я: «Пан Андрий!» — говорю. «Янкель! скажи отцу, скажи брату, скажи шахтёрам, скажи Донбассу, скажи всем, что отец — теперь не отец мне, брат не брат, товарищ — не товарищ, и что я с ними буду биться со всеми. Со всеми буду биться!И города их разбомблю и земли сожгу!»
— Врешь, чертов Иуда! — закричал, вышед из себя, Тарас. — Врешь, собака! Ты и Христа распял, проклятый богом человек! Я тебя убью, сатана! Утекай отсюда, не то — тут же тебе и смерть! — И, сказавши это, Тарас передёрнул затвор на АКМ.