Пушкин дар напрасный

О стихотворении Пушкина Дар напрасный, дар случайн

«Дар напрасный, дар случайный,
Жизнь, зачем ты мне дана?
Иль зачем судьбою тайной
Ты на казнь осуждена?
Кто меня враждебной властью
Из ничтожества воззвал,
Душу мне наполнил страстью,
Ум сомненьем взволновал?..
Цели нет передо мною:
Сердце пусто, празден ум,
И томит меня тоскою
Однозвучный жизни шум».
Читаешь это стихотворение Пушкина и невольно начинаешь ему сопереживать, настолько сильно он отразил в нем свое душевное состояние. Что же послужило причиной такого депрессивного состояния поэта, и почему он решил, что жизнь его «на казнь осуждена»?
Стихотворение это Пушкин написал 26 мая 1828 года в день своего рождения. Что же такое могло случится с Пушкиным в то время, заставившего его написать эти, пронизанные тоской и унынием стихи?
Перебирая жизнь поэта, можно прийти к выводу, что причиной такого состояния поэта послужила его богохульная поэма «Гавриилиада». Поэма была написана в 1821 году в Кишиневе и, конечно же, предназначалась только узкому кругу друзей и ни в коем случае не для распространения. Но, как говорится, нет ничего тайного, что не стало бы явным.
Списки поэмы размножались и к 1825 году получили широкую известность. В 1828 году поэма дошла до высшего иерарха православной церкви петербургского митрополита Серафима. Тот познакомил с поэмой царя, последний приказал выяснить автора поэмы. По расследованию этого дела была назначена специальная комиссия под председательством графа П.А.Толстого.
Поэт был вызван на допрос. Пушкин был серьезно напуган и решил отрицать свое авторство. В объяснительной записке он написал: «В первый раз видел я Гавриилиаду в Лицее в 15-м или 16-м году и переписал ее; не помню, куда дел ее – но с тех пор не видал ее».
Царь приказал еще раз допросить поэта, но и на этот раз Пушкин продолжал отрицать свое авторство: «Рукопись ходила между офицерами Гусарского полку, — писал он в свое оправдание, — но от кого из них именно я достал оную, я никак не упомню. Мой же список сжег я вероятно в 20-м году. Осмелюсь прибавить, что ни в одном из моих сочинений, даже из тех, в коих я наиболее раскаиваюсь, нет следов духа безверия или кощунства над религией. Тем прискорбнее для меня мнение, приписывающее мне произведение столь жалкое и постыдное».
Пушкин отпирался как мог. Он знал, что оскорбление церкви карается, в лучшем случае, ссылкою в отдаленные места Сибири и предчувствовал это. Это его состояние в то время отразилось еще в одном его стихотворении «Предчувствие»:
«Снова тучи надо мною
Собралися в тишине;
Рок завистливый бедою
Угрожает снова мне…
Сохраню ль к судьбе презренье?
Понесу ль навстречу ей
Непреклонность и терпенье
Гордой юности моей?
Бурной жизнью утомленный,
Равнодушно бури жду:
Может быть, еще спасенный,
Снова пристань я найду…
Но, предчувствуя разлуку,
Неизбежный, грозный час,
Сжать твою, мой ангел, руку
Я спешу в последний раз».
В душе он, может, надеялся, что пронесет, но не пронесло. Царь потребовал от комиссии продолжать розыски автора Гавриилиады. Он написал:
«Г.Толстому призвать Пушкина к себе и сказать ему моим именем, что, зная лично Пушкина, я его слову верю. Но желаю, чтоб он помог правительству открыть, кто мог сочинить подобную мерзость и обидеть Пушкина, выпуская оную под его именем».
Хитер же был царь! Знал, что Пушкин может наврать комиссии, но императору не посмеет. Так и получилось. Пушкин принял решение: написать царю личное письмо и признать в нем свое авторство «Гавриилиады». Будь что будет. В протоколе уже третьего по счету допроса Пушкина говорилось: «… по довольном молчании и размышлении спрашивал (Пушкин.- НИК): позволено ли будет ему написать прямо государю императору, и, получив на сие удовлетворительный ответ, тут же написал его величеству письмо, и, запечатав оное, вручил графу Толстому. Комиссия положила, не раскрывая письма сего, представить оное его величеству». Вот текст письма Пушкина царю:
«Будучи вопрошаем Правительством, я не почитал себя обязанным признаться в шалости, столь же постыдной, как и преступной. — Но теперь, вопрошаемый прямо от лица моего Государя, объявляю, что Гаврилиада сочинена мною в 1817 году. Повергая себя милосердию и великодушию царскому есмь Вашего Императорского Величества верноподданный Александр Пушкин. 2 октября 1828. С. Петербург».
Почему Пушкин написал царю, что сочинил «Гаврилиаду» в 1817 году, а не в 1821, как это было на самом деле? Вероятнее всего, он рассчитывал, что ему будет скидка на молодость. Все же с семнадцатилетнего юнца меньше спрос, чем с уже созревшего двадцатидвухлетнего мужчины.
Выдающийся филолог и пушкинист Б.Томашевский отрицает принадлежность этого письма Пушкину, но скорее всего, Пушкин, действительно, признал авторство, т.к. следствие было сразу прекращено резолюцией Николая I: «Мне дело подробно известно и совершенно кончено».
Видимо, царь Николай-1 по достоинству оценил чистосердечное признание Пушкина, простил его и дело о «Гавриилиаде» приказал прекратить. Слава Пушкина гремела уже по всей России, и поэтому сослать Пушкина в Сибирь царь не решился. Но под надзором поэт был до конца жизни.
Друг Пушкина Вяземский говорил, что в позднейшие годы жизни Пушкин не терпел даже упоминания Гаврилиады в его присутствии, настолько это ему было неприятно. «Многое желал бы я уничтожить, — писал он, — как недостойное даже и моего дарования, каково бы оно ни было. Иное тяготеет, как упрек на совести моей…»
Вот в этом, вероятнее всего, была причина упаднического настроения Пушкина, которое выразилось в стихотворении «Дар напрасный, дар случайный».
Позже стихотворение это попало в руки митрополита московского Филарета. Филарет был весьма умен, образован, хорошо разбирался в поэзии и литературе, сам писал стихи. В доказательство, приведу одно из его стихотворений:
«Когда креста нести нет мочи,
Когда тоски не побороть,
Мы к небесам возводим очи,
Творя молитву дни и ночи,
Чтобы помиловал Господь.
Но если вслед за огорченьем
Нам улыбнется счастье вновь,
Благодарим ли с умиленьем,
От всей души, всем помышленьем
Мы Божью милость и любовь!»
Филарет, прочитав стих Пушкина, откликнулся на него своим. Он пишет, как бы за Пушкина:
«Не напрасно, не случайно
Жизнь от Бога мне дана,
Не без воли Бога тайной
И на казнь осуждена.
Сам я своенравной властью
Зло из темных бездн воззвал,
Сам наполнил душу страстью,
Ум сомненьем взволновал.
Вспомнись мне, Забвенный мною!
Просияй сквозь сумрак дум –
И созиждется Тобою
Сердце чисто, светлый ум».
Пушкина не оставил равнодушным этот неожиданно обращенный к нему голос знаменитого и уважаемого народом святителя. Он пишет митрополиту послание, в котором звучит неподдельное чувство благодарности и умиления:
«В часы забав иль праздной скуки,
Бывало, лире я моей
Вверял изнеженные звуки
Безумства, лени и страстей.
Но и тогда струны лукавой
Невольно звон я прерывал,
Когда твой голос величавый
Меня внезапно поражал.
Я лил потоки слез нежданных,
И ранам совести моей
Твоих речей благоуханных
Отраден чистый был елей.
И ныне с высоты духовной
Мне руку простираешь ты,
И силой кроткой и любовной
Смиряешь буйные мечты.
Твоим огнем душа палима
Отвергла мрак земных сует,
И внемлет арфе Серафима
В священном ужасе поэт».
Первоначальный текст последней строфы, измененный по требованию цензора, был таков:
Твоим огнем душа согрета
Отвергла мрак земных сует,
И внемлет арфе Филарета
В священном ужасе поэт.
Вот такова история стихотворения Пушкина «Дар напрасный…»
«Следовать за мыслями великого человека есть наука самая занимательная», — говорил Пушкин.
Следовать за мыслями великого Пушкина не только занимательно, но и полезно. «Читая только одни произведения Пушкина, — говорил Белинский, — можно превосходным образом воспитать в себе человека».

История создания стихотворения Пушкина «Поэт»

Стихотворение «Поэт» А. Пушкин написал 15 августа 1827 года, спустя год после окончания ссылки. Ссылка подтолкнула Пушкина к переосмыслению жизни, внесла “коррективы” в его творчество. Он начал чаще обращаться к философским темам. Однако, первые месяцы на свободе Александр Сергеевич предпочитал проводить не с пером в руках, а в компании друзей.
История создания «Поэта» имеет биографическую основу. Обратимся к содержанию произведения. В первой строфе Александр Сергеевич описывает суету будней. Поэт, погрязший в ней не может творить, «молчит его святая лира». Такое состояние Пушкин испытал на себе. Начало 1827 г. он провел в Москве, где за балами и светскими приемами забывал поэтическом искусстве. И это не удивительно, ведь за годы ссылки он соскучился за светскими забавами. Потом поэт переехал в Петербург, где тоже предавался развлечениям.
Когда Пушкин понял, что хочет отдохнуть от суеты, возвратился в Михайловское. Следует отметить, что поэт часто покидал городскую жизнь и приезжал в Михайловское, где чувствовал себя спокойно и уютно. В имении Александр Сергеевич снова взялся за волшебную «лиру». На лоне природе ничего не сдерживало полет его мыслей. Родовое имение было для поэта особым местом: здесь он провел детство, годы одиночества в ссылке, сюда же перебрался в зрелом возрасте. Время, проведенное в Михайловском оказалось очень продуктивным для творчества. Кроме стихотворений, Пушкин начал писать свое первое прозаическое произведение.

«Поэт» – одно из первых произведений написанных Пушкиным в Михайловском после переезда туда из Петербурга. Именно его Александр Сергеевич отправил в первом письме в Москву. В стихотворении отчетливо видны черты классицизма, например, поэта Александр Сергеевич изображает как служителя Аполлона. Тяготение к классицизму было заметно еще в раннем творчестве Пушкина.
Александр Сергеевич считает, что настоящий поэт «не клонит гордой головы», он «дикий и суровый». Истоки такого восприятия тоже следует искать в биографии. Пушкин постоянно пребывал под наблюдением цензуры, но при этом не желала покоряться власти. Даже после ссылки он продолжал писать вольнодумные произведения, показывая свою гордую натуру. Он прекрасно понимал, только крепкий духом, суровый человек сможет нести народную правду и не сломаться под натиском «сильных мира сего». Таким образом, можно сказать, что в анализируемом произведении автор отобразил свои черты характера. Кстати, в том же 1827 году цензура снова принялась за поэта, та как его стихотворение «Андрей Шенье» посчитали откликом на движение декабристов.
Исследователи отмечают, что в «Поэте» Пушкин продолжил реализацию идей, которые выдвинул в произведении «Пророк». Последнее было написано в 1826 году. Несмотря на то, что «Поэт» был написан позднее «Пророка», опубликовал его Александр Сергеевич на год раньше – в 1828 г. Произведение увидело мир в 6 части журнала «Московский вестник».

Понравилось сочинение? А вот еще:

  • История создания стихотворения Пушкина «Вольность»
  • История создания стихотворения Пушкина «Сон»
  • История создания стихотворения Пушкина «Я памятник себе воздвиг нерукотворный…»
  • История создания стихотворения Пушкина «Деревня»
  • Лицейская годовщина, или Как Пушкин экзамен сдавал

    Вспоминается самый яркий день в истории Лицея – экзамен! Тот самый, с картины Репина.

    Царскосельский лицей (если угодно — Сарскосельский ликей) слыл символом Александровской просвещённой России, выставкой просвещенческих достижений. Важнее, чем университет, важнее, чем академия. Просто — город Солнца, Телемское аббатство в дворцовом пригороде.

    Здесь во всём чувствовался царский уровень: воспитывали будущих соратников государя, управленцев «светлого будущего». В полной мере эти надежды оправдает лишь один Александр Горчаков.

    Наверное, Державин относился к своему присутствию на лицейском экзамене как к ординарной повинности — возможно, приятной, но не более. Он увядал, старел и, не имея детей, грезил о наследниках и на государственном, и на поэтическом поприще.

    Так случилось, что многие сегодня знают о Державине по двум строкам из «Евгения Онегина»:

    Старик Державин нас заметил

    И, в гроб сходя, благословил.

    Правда, нынче массовый читатель и этих строк не знает. Скоро и «солнце русской поэзии» превратится в достояние немногих любителей словесности.

    И. Смирновский «Портрет Г.Р. Державина»

    В 1835 году, двадцать лет спустя, Пушкин записал свои воспоминания о том дне:

    «Державина видел я только однажды в жизни, но никогда того не забуду. Это было в 1815 году, на публичном экзамене в Лицее. Как узнали мы, что Державин будет к нам, все мы взволновались. Дельвиг вышел на лестницу, чтоб дождаться его и поцеловать ему руку, руку, написавшую «Водопад».

    Державин приехал. Он вошел в сени, и Дельвиг услышал, как он спросил у швейцара: где, братец, здесь нужник? Этот прозаический вопрос разочаровал Дельвига, который отменил свое намерение и возвратился в залу. Дельвиг это рассказывал мне с удивительным простодушием и веселостию.

    Державин был очень стар. Он был в мундире и в плисовых сапогах. Экзамен наш очень его утомил. Он сидел, подперши голову рукою. Лицо его было бессмысленно, глаза мутны, губы отвислы: портрет его (где представлен он в колпаке и халате) очень похож. Он дремал до тех пор, пока не начался экзамен в русской словесности. Тут он оживился, глаза заблистали; он преобразился весь. Разумеется, читаны были его стихи, разбирались его стихи, поминутно хвалили его стихи. Он слушал с живостию необыкновенной.

    Наконец вызвали меня. Я прочел мои «Воспоминания в Царском Селе», стоя в двух шагах от Державина. Я не в силах описать состояния души моей: когда дошел я до стиха, где упоминаю имя Державина, голос мой отроческий зазвенел, а сердце забилось с упоительным восторгом…

    Не помню, как я кончил свое чтение, не помню, куда убежал. Державин был в восхищении; он меня требовал, хотел меня обнять… Меня искали, но не нашли…»

    Да, Пушкин, когда пришёл черёд мемуарам, писал о себе не в третьем лице, как Гаврила Романович.

    Вот оно как: не успел Державин объявиться в Лицее — и сразу вопрос про нужник. Думаю, 35-летнему Пушкину, в отличие от юного Дельвига, это нравилось.

    Державин не держал себя парнасцем, не был воздушным существом. Это и в лучших стихах Державина проявлялось. Пушкину нравился натурализм Державина, смачное описание собственных слабостей и грешков. Без этих мотивов непредставим стиль «Евгения Онегина». И в поздних стихах у Пушкина частенько мелькает державинское:

    Да щей горшок, да сам большой.

    В Лицее Пушкин ещё не вчитался в Державина, воспринимал его суть поверхностно. Он пребывал в том возрасте и настроении, когда хлебом не корми — дай поколебать основы. Иной раз под огонь молодой иронии попадал и Державин, сам того не зная. Но неполитесные замашки старого поэта Пушкину, верно, приглянулись. Да и впечатлительный Дельвиг всё-таки не до конца разочаровался в Державине. Узнав о смерти старого поэта, он сочинит длинный траурный гимн в античном стиле:

    Державин умер! Чуть факел погасший дымится, о Пушкин!

    О Пушкин! Нет уж великого! Музы над прахом рыдают!

    Строка с упоминанием Пушкина в этом не по-державински возвышенном гимне будет повторяться до бесконечности.

    …Этот эпизод вспоминали многие. К столетию Лицея Илья Репин написал одну из самых известных «литературных» картин: «Пушкин на лицейском экзамене». Фигура Державина у Репина излучает ту самую «живость необыкновенную». Сколько бы Державин ни говорил, что литература — это пустяки и баловство, а главное — насаждение законов, исправление нравов, управленческие успехи, но глаза его загорались, когда речь заходила о литературе.

    Илья Репин. Александр Пушкин на акте в лицее

    Старик не принял в расчёт, что Пушкин упомянул и вечного соперника — Петрова. Державина давно уже никто не ставил на одну доску с автором «Карусели». Но разве можно вести мелочные расчёты, когда звучит столь складная, осмысленная юношеская поэзия?

    Писательская активность Державина в последние годы жизни поразительна. Погружаясь в собственные черновики, он, конечно, интересовался литературными новинками, хотя приноровиться к новому стилю в драмах он не мог. В последние годы, на склоне лет Державин выстроил такие громады, как «Евгению. Жизнь Званская» и «Христос». А это — избранное из избранного в наследии Державина. В ХХ веке эти произведения назвали бы поэмами. Да, в них есть срывы: в некоторых строфах Державин сплоховал.

    Пушкин судил об этом беспощадно: «наш поэт слишком часто кричал петухом». Вскоре после триумфального выступления на экзамене Пушкин напишет озорную поэму «Тень Фонвизина» — разумеется, не для печати. В этой шутливой поэме появляется Державин – исписавшийся, недалёкий «татарин бритый». С юношеской жестокостью (не так ли Державин в своё время ранил Сумарокова?) Пушкин заключает:

    И спотыкнулся мой Державин

    Апокалипсис преложить.

    Денис! он вечно будет славен,

    Но, ах, почто так долго жить?

    Старик, которому жить оставалось недолго, отнёсся к лицеисту куда добродушнее.

    Державин не ждал от шестнадцатилетнего юноши столь зрелых, мастеровитых стихов — и поразился стройности стиха. Уж дядю Василия Львовича тот превзошёл точно.

    «Мое время прошло. Теперь ваше время. Теперь многие пишут славные стихи, такие гладкие, что относительно версификации уже ничего не остается желать. Скоро явится свету второй Державин: это Пушкин, который уже в лицее перещеголял всех писателей», — говаривал Гаврила Романович Сергею Тимофеевичу Аксакову, ежели верить воспоминаниям последнего.

    В сверкающем зале царскосельского Лицея Державин прожил свой последний звёздный час: он благословил наше литературное будущее. В садах Лицея его тень иногда бродит рядом с тенями Пушкина, Горчакова, Дельвига…

    К литературной переписке митрополита Филарета и А. С. Пушкина

    Александр Пушкин Любителям русской поэзии известен стихотворный ответ приснопамятного Московского святителя, митрополита Филарета А. С. Пушкину на его, по выражению самого Пушкина «скептические куплеты».

    Приведем тексты и попытаемся определить источники, послужившие для их написания. Вот что написал поэт:

    26 мая 1828

    Дар напрасный, дар случайный,
    Жизнь, зачем ты мне дана?
    Иль зачем судьбою тайной
    Ты на казнь осуждена?

    Кто меня враждебной властью
    Из ничтожества воззвал,
    Душу мне наполнил страстью,
    Ум сомненьем взволновал?..

    Цели нет передо мною:
    Сердце пусто, празден ум,
    И томит меня тоскою
    Однозвучный жизни шум.

    Святитель Филарет, митрополит Московский и Коломенский. А вот ответ митрополита Московского и Коломенского Филарета (Дроздова):

    Не напрасно, не случайно
    Жизнь от Бога нам дана,
    Не без воли Бога тайной
    И на казнь осуждена.

    Сам я своенравной властью
    Зло из темных бездн воззвал,
    Сам наполнил душу страстью,
    Ум сомненьем взволновал.

    Вспомнись мне, забвенный мною!
    Просияй сквозь сумрак дум, –
    И созиждется Тобою
    Сердце чисто, светел ум.

    Пушкин, продолжая тему, пишет своего рода исповедь:

    В часы забав иль праздной скуки,
    Бывало, лире я моей
    Вверял изнеженные звуки
    Безумства, лени и страстей.

    Но и тогда струны лукавой
    Невольно звон я прерывал,
    Когда твой голос величавый
    Меня внезапно поражал.

    Я лил потоки слез нежданных,
    И ранам совести моей
    Твоих речей благоуханных
    Отраден чистый был елей.

    И ныне с высоты духовной
    Мне руку простираешь ты,
    И силой кроткой и любовной
    Смиряешь буйные мечты.

    Твоим огнем душа согрета
    Отвергла мрак земных сует,
    И внемлет арфе Филарета
    В священном ужасе поэт.

    (В другой редакции:

    Твоим огнем душа палима
    Отвергла мрак земных сует,
    И внемлет арфе серафима
    В священном ужасе поэт.)

    19 января 1830

    Первое стихотворение, побудившее владыку Филарета взяться за перо, было написано в 1828 году и помечено днем рождения поэта. Эта дата усугубляет тяжесть настроения, выраженного в стихотворении.. Кажется, именно эта тяжесть и подвигла чрезвычайно занятого митрополита, постоянного члена Святейшего Синода, протянуть «руку общения» (Гал. 2: 9) талантливому поэту в трудные минуты его жизни.

    1828 год был для А. С. Пушкина годом решения одного из тяжелейших вопросов его нравственной и творческой жизни и во многом определил общественную позицию Пушкина 30-х годов. Известно, что примерно с июня 1828 года, то есть почти сразу после дня рождения поэта, начинает работу комиссия по делу о «Гаврилиаде». Пушкин внешне с иронией, но внутренне тяжело переживал события этих дней. Его самого коснулось теперь то. что он писал двумя годами раньше в «Записке о народном воспитании»: «Должно обратить строгое внимание на рукописи, ходящие между воспитанниками. За найденную похабную рукопись положить тягчайшее наказание, за возмутительную – исключение из училища, но без дальнейшего гонения по службе: наказывать юношу или взрослого человека за вину отрока есть дело ужасное и, к несчастью, слишком у нас обыкновенное».

    Возможно, что стихотворение «Дар напрасный…» родилось именно в тревожные для него дни, а дата, подчеркивающая тщетность его рождения и предназначения, поставлена в отчаянии. (Пушкин иногда ставил фиктивные, но значимые для него даты под своими произведениями.) Известно, что работа комиссии закончилась закрытием темы и прощением поэта, приуроченным – случайно или нет – к 19 октября того же года (дню лицейской годовщины). Под этим числом читаем у Пушкина:

    Усердно помолившись Богу,
    Лицею прокричав ура,
    Прощайте, братцы: мне в дорогу,
    А вам в постель уже пора.

    В самом деле, 19 октября датируется подорожная: поэт ехал в тверскую деревню Малинники.

    Митрополит Филарет, отвечая на вопрос, зачем человеку дана жизнь и зачем она «на казнь осуждена», пишет: «Не без воли Бога тайной», то есть таинственной, сие совершается. Другими словами, Господь наш, желая «всем спастись и придти в познание (разум – в славянском тексте) истины» (1 Тим. 2: 4), по Своему милосердию наказывает человека, то есть ограничивает его возможности, которые человек использует для удовлетворения своих похотей (см.: Иак. 4: 1–5). Поэтому-то Господь наказывает человека, воспитывая его с отцовской строгостью (см.: Рим. 11: 22; Евр. 12: 1–29) и заботясь о нем как о сыне, чтобы человек не погиб и не подпал под суд вместе с погибающим в растлении, не верующим в своего Создателя миром (1 Кор. 11: 32). Святой апостол Павел, объясняя наши временные страдания здесь, на земле, пишет: «Если вы терпите наказание, то Бог поступает с вами, как с сынами. Ибо есть ли такой сын, которого бы не наказывал отец? Если же остаетесь без наказания, которое всем обще, то вы – незаконные дети, а не сыны» (Евр. 12: 7–11). В другом месте читаем: «Если бы мы судили сами себя, то не были бы судимы. Будучи же судимы, наказываемся от Господа, чтобы не быть осужденными с миром» (1 Кор. 11: 31–32), ибо Бог посылает наказание, «чтобы нам иметь участие в святости Его» (Евр. 12: 10). И воля Божия о нас, по словам апостола Павла, освящение наше, «чтобы мы воздерживались от блуда; чтобы каждый из нас умел соблюдать свой сосуд в святости и чести, а не в страсти похотения, как язычники, не знающие Бога» (1 Фес. 4: 3–5). Отвечая Пушкину, митрополит Филарет имел в виду, конечно же, эти строки Священного Писания, говоря о таинственной силе Божией, пресекающей греховный путь грешника и привлекающей его к участию в святости Бога.

    Что А. С. Пушкин в своей юности правильно понимал и чувствовал богообщение, митрополит, как тонкий психолог и педагог, мог заметить во время посещений лицея. У самого Пушкина в стихотворении «Безверие» (1817) читаем о том, что к неверующему в Бога «не простирается из-за пределов мира… мощная рука… с дарами мира», причем мира духовного (согласно старой орфографии, это слово – мир – и написано через и-восьмеричное). Как просвещенный человек и поэт, владыка Филарет, конечно, знал это стихотворение лицеиста, тем более, что оно было опубликовано В. Л. Пушкиным в «Трудах Общества любителей российской словесности Московского университета» (1818, ч. XII). В этом стихотворении есть и такие строки, обращенные к праведникам, считающим «мрачное безверие пороком»:

    Смирите гордости жестокой исступленье:
    Имеет он права на наше снисхожденье,
    На слезы жалости; внемлите брата стон,
    Несчастный он злодей, собою страждет он.

    Не потому ли взялся за перо владыка Филарет, исполняя свой долг архипастыря и учителя? Он, мудро руководя поэтом в поисках виновника его душевных и умственных терзаний, указывает ему: ведь ты сам писал некогда, что не имеющий общения с Богом и Творцом своим «страждет собою»:

    Сам я своенравной властью
    Зло из темных бездн воззвал,
    Сам наполнил душу страстью,
    Ум сомненьем взволновал.

    Зная, что юный Пушкин мог видеть «мощную руку» Божию, простирающуюся «из-за пределов мира с дарами мира» духовного, владыка Филарет так и напоминает ему о Боге:

    Вспомнись мне, забвенный мною!
    Просияй сквозь сумрак дум…

    Участие столь знаменитого церковного и государственного деятеля не оставило поэта равнодушным. Узнав о стихотворении владыки от Е. М. Хитрово и еще не прочитав его, Пушкин пишет ей, что это «большая удача». Свое стихотворение «Дар напрасный…» здесь он называет «скептическими куплетами»: состояние души поэта в эту минуту понятно – острота ощущений, вызвавших «скептические куплеты», прошла. Полтора года миновало со времени их написания, и теперь нужно признать, что стихи рождены не разочарованием в жизни, а скептическим настроением. Существующее мнение о «ёрническом» тоне фразы в письме к Е. М. Хитрово вряд ли приемлемо. Слова поэта: «стихи христианина, русского епископа в ответ на скептические куплеты» (пер. с фр.) – свидетельствуют лишь о его терминологической точности. Даже если бы Пушкин не написал в ответ владыке своего прекрасного стихотворения, он знал, когда писал Хитрово, что его слова станут известны митрополиту.

    Прочитав же стихотворное наставление владыки Филарета, поэт пишет с благодарностью: «Твоих речей благоуханных отраден чистый был елей». Он исповедует и признает, что иногда «бывало», своей лире с забавой ли или от праздности «вверял изнеженные звуки безумства (ср.: «Рече безумец в сердце своем: несть Бог». – Пс. 13: 1), лени и страстей».

    Думается, что отвечая на наставления архипастыря, и сам Пушкин вспонил свое юношеское «Безверие»:

    Во храм ли Вышнего с толпой он молча входит,
    Там умножает лишь тоску души соей,
    При пышном торжестве старинных алтарей,
    При гласе пастыря, при сладком хоров пене,
    Тревожится его безверия мученье.

    Ср. в ответе митрополиту Филарету:

    …твой голос величавый
    Меня внезапно поражал.

    Я лил потоки слез нежданных,
    И ранам совести моей
    Твоих речей благоуханных
    Отраден чистый был елей.

    Человек, не верующий в Бога, даже если и плачет, то

    …не те потоки слез лиются,
    Которы сладостны для страждущих очей
    И сердцу дороги свободою своей…

    И словно вспоминая о Держащем дланию весь мир и простирающем руку помощи верующим в Него, своего Создателя и Господа, Пушкин адресует митрополиту, как он выразился, «русскому епископу», слова:

    И ныне с высоты духовной
    Мне руку простираешь ты,
    И силой кроткой и любовной
    Смиряешь буйные мечты.

    Эта строфа очень глубока и объемна по своему содержанию. Если Пушкин в самом деле использовал стихотворение «Безверие», то, возможно, эти слова обращены к Богу Вседержителю, простирающему мощную руку Свою с «дарами мира». Не потому ли ответ Филарету был оставлен без надписания, без заглавия, что контекст данного стихотворения гораздо шире? Если же эти слова – «и ныне с высоты» – относятся к владыке Филарету, то тем самым Пушкин, обращаясь к архипастырю, возносит епископский сан его на подобающую высоту, ибо, по учению Церкви, епископ олицетворяет образ Христа (см. послания святителя Игнатия Богоносца к ефесянам, гл. 3, 6 и к траллийцам, гл. 3: «на епископа должно смотреть, как на Самого Господа»; «все почитайте… епископа, как Иисуса Христа, Сына Бога Отца, пресвитеров же, как собрание Божие, как сонм апостолов. Без них нет Церкви»). И по учению святого апостола Павла, «начальствующим пресвитерам должно оказывать сугубую честь, особенно тем, которые трудятся в слове и учении» (1 Тим. 5: 17).

    Ответ митрополита Филарета есть напоминание о Боге и вразумление человеку, впадающему в грех отчаяния.

    Еще одну параллель теме пушкинского ответа находим в Послании апостола Павла к галатам: «Братия! если и впадет человек в какое согрешение, вы, духовные, исправляйте такового в духе кротости… Носите бремена друг друга, и таким образом исполните закон Христов» (Гал. 6: 1–2). Ср. у Пушкина:

    И ныне с высоты духовной
    Мне руку простираешь ты,
    И силой кроткой и любовной
    Смиряешь буйные мечты.

    Именно этот фрагмент из послания апостола Павла всегда читается на литургии в дни памяти святого благоверного князя Александра Невского. Поэтому Пушкин слышал эти слова и в день своих именин, и присутствуя на торжественных литургиях и молебнах в день ангела императора Александра I. Его, как одухотворенного человека, не мог не интересовать вопрос: как можно «исполнить закон Христов»?

    И еще один момент. Человек, знакомый с православной гимнографией, обратит внимание на знакомое словосочетание: «с высоты… силой». 26 мая – день рождения поэта – иногда попадает в период празднования и попразднства Пятидесятницы – дня Святой Троицы. В одном из песнопений на этот двунадесятый праздник есть слова: «С высоты силою учеником, Христе, дондеже облечетеся рекл еси…» (ирмос 3-й песни канона). Пушкин чтил «обычи родной старины», в которые входило посещение храма по великим праздникам. Кроме того, известно, что он самостоятельно изучал Священное Писание. Таким образом, отвечая митрополиту Филарету и используя слова общего для них лексикона, Пушкин не только выражает благодарность за внимание к его духовным и душевным терзаниям, но и показывает, что он не чуждое чадо для Церкви Христовой.

    Найди все местоимения и укажи их разряд. 1. Передо мною простиралась печальная степь. Наискось стояло несколько избушек; по улице бродило несколько куриц. 2. Все было смиренно тихо заброшено пусто. Только самая часовня глядела насупившись пустыми окнами точно думала какую то грустную думу. 3. Нигде не было видно признаков какого либо жилья и человеческого присутствия. 4. Я хотел сделать Савельичу некоторые вопросы но старик замотал головою и заткнул себе уши. 5. Долохов был приличная и в некоторых отношениях блестящая партия для бесприданной сироты Сони. 6. На светлом фоне экрана мелькали какие то расплывчатые тени: что то похожее на ящик потом что то плоское нечто вроде кресла скамьи. 7. Павлика внезапно охватил какой то страх сжалось сердце.

    Пжжжжжжжжжжж срочноооо​ Сделайте графический разбор и схему предложения.Египтяне понимали что год не длится на целое число лунных месяцев. Тире на месте пропуска:1)Каменецкая башня,которую часто называют Белой вещей,_один из самых узнаваемых архитектурных символов Беларуси.2)Все это:карти ны,книги,любимый письменный стол и мягкие кожаные кресла_показалось ему чужим и ненужным.3) Поэтический язык Тютчева_есть бесконечный обмен образа на образ, неограниченная возможность подстановок и превращений.4)Дым от сырой травы_густой и едкий.5)Черный аист,обитающий в наших краях,_скрытная и нелюдимая птица​ Пжжжжжжжжжжж срочнооооо​ Море всё ещё шепталось с берегом и всё так же этот шёпот несло ветром по степи. Запятая перед И нужна? Почему Гиппократ «мы с полным правом можем назвать первым врачом на земле ?»​ Опиши героев.что их объединяет?используй существительные,прилагательные, глаголы. Образец:зайчик пушистый-лиса пушистая ДАМ 50 БАЛЛОВ Помогите найти весь текст пожалуйста очень нужно срочно — Что ты крутишься, как глобус? — сказала своему соседу по парте Галя. — Так я ж е новенький, — простодушно ответил Никита, — поэтому мне все интересно. — На перемене все рассмотришь, -Галин голос в прожолжении всего разговора звучал назидательно, — а сейчас из-за тебя я отвлекаюсь. — В последстивии ты будешь ко мнеболее милостива, — сказал Никита, — когда услышишь как я играю, в течение одной минуты станешь ко мне добрее Помогите , пожалуйста !!! Определите только вид подчинения ! ДАМ 50 БАЛЛОВ Помогите найти весь текст пожалуйста очень нужно срочно — Что ты крутишься, как гло бус? — сказала своему соседу по парте Галя. — Так я же новенький, — простодушно ответил Никита, — поэтому мне все интересно. — На перемене все рассмотришь, -Галин голос в прожолжении всего разговора звучал назидательно, — а сейчас из-за тебя я отвлекаюсь. — В последстивии ты будешь ко мнеболее милостива, — сказал Никита, — когда услышишь как я играю, в течение одной минуты станешь ко мне добрее.