Званных много избранных мало

Что означает выражение «много званных, да мало избранных»?

Много званых, да мало избранных — многие хотят (чего-то, куда-то, что-то), но лишь немногим дано этого добиться, совершить.
В сущности это всеобъемлющая формула человеческого неравенства, определённого природой ли, Создателем. Не все одарены одинаковыми способностями, характером, силой духа и потому одним отпущено то, чего нет и никогда не будет у других. Это следует принимать как данность и не пытаться изменить. Стремление быка поменяться местами с Юпитером приносит только беды обоим и окружающим.

Известность фразеологизм «много званных, да мало избранных» приобрёл благодаря Библии, точнее Новому завету:

Ибо Царство Небесное подобно хозяину дома, который вышел рано поутру нанять работников в виноградник свой
и, договорившись с работниками по динарию на день, послал их в виноградник свой;
выйдя около третьего часа, он увидел других, стоящих на торжище праздно,
и им сказал: идите и вы в виноградник мой, и что следовать будет, дам вам. Они пошли.
Опять выйдя около шестого и девятого часа, сделал то же.
Наконец, выйдя около одиннадцатого часа, он нашел других, стоящих праздно, и говорит им: что вы стоите здесь целый день праздно?
Они говорят ему: никто нас не нанял. Он говорит им: идите и вы в виноградник мой, и что следовать будет, получите.
Когда же наступил вечер, говорит господин виноградника управителю своему: позови работников и отдай им плату, начав с последних до первых.
И пришедшие около одиннадцатого часа получили по динарию.
Пришедшие же первыми думали, что они получат больше, но получили и они по динарию;
и, получив, стали роптать на хозяина дома
и говорили: эти последние работали один час, и ты сравнял их с нами, перенесшими тягость дня и зной.
Он же в ответ сказал одному из них: друг! я не обижаю тебя; не за динарий ли ты договорился со мною?
возьми свое, и пойди; я же хочу дать этому последнему то́ же, что и тебе;
разве я не властен в своем делать, что хочу? или глаз твой завистлив от того, что я добр?
Так будут последние первыми и первые последними; ибо много званных, а мало избранных
(Евангелие от Матфея 20:1-16)

Каноническая мораль сей притчи в том, что можно и в старости получить надежду на вход в Царство Небесное. Но разве не подтверждает она первую нашу мысль о несправедливости мира? Потому что нехорошо одинаково вознаграждать проработавших час и день

Применение высказывания в литературе

    — «В те времена о парижском обществе нельзя было сказать: «Много званых, да мало избранных» (Вацлав Михальский «Одинокому везде пустыня»)
    — «Остальные лишь удобряют почву или идут на корм свиньям. Много званых, да мало избранных. ― Ага, понимаю, ― и глаза Протасова загорелись» (В. Я. Шишков «Угрюм-река»)
    — «Ведь это одно из тех редких торжеств, где много званых, да мало избранных…» (В. П. Авенариус «Юношеские годы Пушкина»)
    — «Широта доступа в высшие учебные заведения, по моему крайнему разумению, вполне необходима, потому что по отношению к основной цели высших учебных заведений вполне приложимо изречение «много званых, но мало избранных» (Д. И. Менделеев «Заветные мысли»)
    — «Много званых, но мало избранных, ― так начал он речь свою, ― очень рад, господа, что имею дело с почтенными представителями одного из почтеннейших сословий нашего любимого отечества, нашей дорогой сердцу России» (М. Е. Салтыков-Щедрин «Помпадуры и помпадурши»)

Толкование Евангелия на каждый день года.Неделя 31-я по Пятидесятнице

Лк., 76 зач., 14, 16–24

Сказал Господь такую притчу: один человек сделал большой ужин и звал многих, и когда наступило время ужина, послал раба своего сказать званым: идите, ибо уже все готово. И начали все, как бы сговорившись, извиняться. Первый сказал ему: я купил землю и мне нужно пойти посмотреть ее; прошу тебя, извини меня. Другой сказал: я купил пять пар волов и иду испытать их; прошу тебя, извини меня. Третий сказал: я женился и потому не могу придти. И, возвратившись, раб тот донес о сем господину своему. Тогда, разгневавшись, хозяин дома сказал рабу своему: пойди скорее по улицам и переулкам города и приведи сюда нищих, увечных, хромых и слепых. И сказал раб: господин! исполнено, как приказал ты, и еще есть место. Господин сказал рабу: пойди по дорогам и изгородям и убеди придти, чтобы наполнился дом мой. Ибо сказываю вам, что никто из тех званых не вкусит моего ужина, ибо много званых, но мало избранных.

За две недели до Рождества Христова в Церкви читается Евангелие о званных на пир.

«Один человек сделал большой ужин и звал многих». В Ветхом Завете есть один образ, связанный с сегодняшним Евангелием. Он говорит о том, что будущее человечества, пребывающего с Богом, есть трапеза вечная. Об этом возвещает пророк Исаия, когда зовет всех жаждущих придти и почерпнуть воду бессмертия, и говорит о пище, которой все должны насытиться (Ис. 55, 1–2). А псалмопевец напоминает каждому из нас, когда мы готовимся ко Святому Причащению, что Господь «уготовал трапезу сопротив стужающих мне, умастил главу мою елеем и чаша моя упоявающая яко державна» (Пс. 22, 5). И подобно тому, как Премудрость, которая построила себе дом и зовет всех проходящих мимо людей вкусить хлеба и вина, так Церковь Божия зовет всех людей приобщиться трапезе, где хлеб и вино не просто образы того, что совершится, но реальная Божественная жизнь, которой мы уже сейчас приобщаемся, а самое главное – обещание лучшего, то есть пребывания с Богом, которое не кончится никогда.

В притче Хозяин этого пира – Бог, приглашенные на пир – иудеи. В течение всей истории Ветхого Завета они жили ожиданием дня, когда придет к ним Бог, Мессия. И когда Он пришел, они отвергли Его приглашение. Как это могло случиться, что это за потрясающее явление? Вся история, долгие века – путь к Мессии, а завершение пути – Его отвержение. Почему Иерусалим не узнал времени посещения своего?

Этот пир, то есть Царство Божие, отвергнут иудеями по вполне уважительным причинам. Один человек говорит, что он купил поле и ему надо хорошенько его осмотреть. Другой – что купил пять пар волов и ему надо испытать их. Третий еще убедительнее – что женился. У всех нашлись дела, и очень важные – все нужное, все полезное, все замечательное. Люди предпочли свое земное, естественное, понятное всем, – всему остальному. Но люди эти, говорит Господь, вовек не вкусят Царствия Божия. Они оказались только зваными, но отвергнутыми Господом, потому что не отозвались на то, что Господь совершил для человека.

Эта притча – о тайне числа 666. Блаженный Августин говорит, что мир был сотворен совершенным – «все добро зело» – в шесть дней. Но освятился он только в седьмой день, когда Бог почил от трудов Своих и как бы пригласил человека, и вместе с ним все творение, войти в радость Господа Своего, в дом Божий. Число 6 – совершенство само по себе. Совершенство природы – поле, совершенство творчества и труда – волы, совершенство любви, то есть высшего добра, – соединение двух жизней в одну в браке. Все получено от Бога, но еще не освящено седьмым днем, который есть пир Господень. Это совершенство без Бога, тройное самосовершенство – и есть число 666. В нем заложено разрушение всей Земли, обессмысливание всякого труда и разделение всех. Очень тонко и почти незаметно происходит эта подмена тайны Рождества Христова, «благочестия великой тайны: Бог явился во плоти» (1 Тим. 3, 16) – «тайной беззакония», которая есть антихрист.

У одного человека собственным полем его заполняются все дни с утра до вечера, так что некогда в Церковь пойти и некогда помолиться. Другой так захвачен вдохновением земного труда, что для Бога в сердце не остается места. Третий веселится на пиру земной любви, и никакого другого пира он знать не желает.

Так хотела бы Церковь подарить хозяину поля цветок, сорванный с небесных полей, который столь веселит сердце человека, как свидетельствует святой Димитрий Ростовский, что если бы человек смотрел на него, то не хотел бы ни есть и ни пить, и не ощущал никакого страдания! И этот цветок не увядает и цветет вечно. И владельца волов просит в этот день остановиться, на небо взглянуть, размышляя о Вифлеемской звезде, и выпрячь волов: и волы желают придти к яслям Богомладенца. И вступившему в брак говорит: нет ничего прекраснее дома и семьи. Чтобы полюбить по-настоящему хотя бы одного человека, надо иметь сердце, способное любить, но только у Бога можно научиться подлинной человеческой любви.

Самое великое счастье может коснуться человеческой жизни, если отправиться в путь туда, где Господь. Но когда отвергается этот зов, сладость греха, услаждение диавола о гибели чьей-то души уже присутствуют и в невинных как будто дарах, потому что они отделены от Бога. Так двоится в сознании слово «мир»: сотворенное Богом чудо становится местом, где «похоть плоти, похоть очей». Обладание без любви, как говорят святые отцы, и есть похоть. Так совершается измена Господу: богатство и сластолюбие становятся дороже славы Господней даже для тех, кто знал эту славу, как Соломон. И подобно Гадаринцам, умолявшим Господа отойти от пределов их, мир непрестанно молится страшной молитвой. Это молитва о лишении его Царства Божия. Каждый по-своему, но все, как бы сговорившись, твердят: «Молю Тя, имей мя отречена!» От чего отречена? От Царства Божия.

Кто-нибудь скажет, что по-русски это место звучит несколько иначе. Дело не в особенностях славянского языка. Молитва – это когда человек глубиною сердца своего лелеет самое дорогое для себя, бесконечно драгоценное. Потому-то апостол Павел корень всех зол – сребролюбие – называет идолопоклонством (Кол. 3, 5). Отдача этому греху происходит на уровне молитвы, только обращена эта молитва не к любящему человека Богу, а к диаволу, человекоубийце.

Неидущие на пир Господень, как говорит блаженный владыка Иоанн Максимович, неизбежно идут на пир Иродов, где совершается убийство величайшего праведника. Оттого, что дом Отца Небесного превращается в дом торговли и богоизбранный народ поклоняется золотому тельцу, «осанна» Иерусалима, встречающего своего Мессию, сменяется осатаневшим «распни, распни Его».

Обратим внимание, что дальше говорит Господь в притче. Господин посылает своего слугу, чтобы он звал на торжество, как сказано, «увечных, хромых и слепых». Да, конечно, если народ Израильский считал себя единственно достойным народом, то все остальные народы и были хромые, и слепые, и убогие. И наш народ ради отвержения Израиля оказался званым. Нас искал Господь по улицам и переулкам, по дорогам и изгородям, и суть праздника сегодняшнего в том, что весь Израиль, как говорит апостол Павел, спасется. Весь Израиль – это остаток Израиля и все языческие народы, которых убедили вестники Господа придти к Нему.

И вот мы присутствуем на этом пиру в Церкви Божией. И все мы убогие, и хромые, и бедные, и слепые. И оттого, что мы приходим на этот пир, оттого что Бог дает нам радость новой жизни, благодать Духа Святаго, купленную ценой Крови Его, мы начинаем ходить и скакать от радости, когда получаем это исцеление. Мы обретаем богатство, которое никто от нас никогда не отнимет. Мы начинаем видеть глубину всех вещей – всего, что совершается в мире, в истории, в судьбе каждого человека.

Притча о званных на брачный пир… (Мф. 22:1–14)

«Толкование по истории Ветхозаветной»

После всенародного посрамления посланцев синедриона, Господь продолжал Свои беседы с народом, который теперь особенно имел нужду в наставлении Божественного Учителя, так как не знал, что ему делать. Доброе сердце хотело бы беззаветно отдаться Иисусу Христу и все влекло к Нему: и Его чудеса, и Его Божественное учение, и Его святая жизнь. Но житейский рассудок и старая привычка смотреть на фарисеев и книжников, как на законных, Самим Богом поставленных учителей, останавливали. Фарисеи постоянно толковали, что Иудеи – «избранный народ» Божий (Ис. 43:20), что им, а не кому другому предназначено грядущее Царство Божие; и народ так сжился с этим предрассудком, который к тому же льстил и его самолюбию, что ему больно было услышать от Господа грозное для него слово: «отнимется от вас Царство Божие и дано будет народу, приносящему плоды его» (Мф. 21:43). И чем более размышляли об этом слушатели Господа, тем томительнее были эти сомнения, эти колебания. Сердцеведец видел все эти душевные состояния слушателей, знал, что они, может быть, готовы были воскликнуть, как это и было недавно: «долго ли Тебе держать нас в недоумении? если Ты Христос, скажи нам прямо» (Ин. 10:24), – но знал и то, к чему повело бы Его открытое объявление Себя Мессией, и потому предупредил этот вопрос: ИИСУС, ПРОДОЛЖАЯ ГОВОРИТЬ ИМ ПРИТЧАМИ, как бы отвечая на их сердечные томления, а вместе с тем отвечая и на старания фарисеев наложить на Него руки, СКАЗАЛ: ЦАРСТВО НЕБЕСНОЕ ПОДОБНО ЧЕЛОВЕКУ ЦАРЮ, КОТОРЫЙ СДЕЛАЛ БРАЧНЫЙ ПИР ДЛЯ СЫНА СВОЕГО, И, когда все было готово, ПОСЛАЛ РАБОВ СВОИХ ЗВАТЬ ЗВАНЫХ НА БРАЧНЫХ ПИР. Гости были приглашены раньше, они уже знали, что у царя в известное время будет брачный пир и что им дадут знать, когда он будет готов. Но эти званые отнеслись равнодушно к царскому приглашению: И НЕ ХОТЕЛИ ПРИДТИ. Царь благодушно извинил гостей, замедливших, может быть, по какому-нибудь недоразумению; не угрожая, не взыскивая, – напротив, по своей доброте желая, чтобы они не упустили случая насладиться праздником, он только наказал рабам настойчивее прежнего поторопить приглашенных: ОПЯТЬ ПОСЛАЛ ДРУГИХ РАБОВ, СКАЗАВ: СКАЖИТЕ ЗВАНЫМ: ВОТ, Я ПРИГОТОВИЛ ОБЕД МОЙ, ТЕЛЬЦЫ МОИ И ЧТО ОТКОРМЛЕНО, ЗАКОЛОТО, И ВСЕ ГОТОВО; ПРИХОДИТЕ НА БРАЧНЫЙ ПИР.

НО вторичному приглашению званые отнеслись так же холодно и даже небрежно: ОНИ, ПРЕНЕБРЕГШИ ТО, ПОШЛИ, КТО НА ПОЛЕ СВОЕ, А КТО НА ТОРГОВЛЮ СВОЮ. Видно, корыстные расчеты были для них дороже чести быть в числе гостей на брачном пире сына царева. Но этого мало: между зваными нашлись и такие, которые поступили еще безрассуднее и ужаснее: ПРОЧИЕ ЖЕ, СХВАТИВ РАБОВ ЕГО, ОСКОРБИЛИ И УБИЛИ ИХ. Нет сомнения, что эти дерзкие подданные поступили бы так и с сыном царевым, если бы царь отец послал его самого звать их на пир. Во всяком случае, обижая посланцев царских, подданные наносили величайшее оскорбление самому царю. И высокий сан царя, и важная причина торжества увеличивали тяжесть вины оскорбителей. УСЛЫШАВ О СЕМ, о такой безумной дерзости тех, кого он хотел угостить пиром, ЦАРЬ, до того благодушный, РАЗГНЕВАЛСЯ, воспылал праведным гневом, и тотчас решил покарать виновных за свою обиду: И, ПОСЛАВ ВОЙСКА СВОИ, ИСТРЕБИЛ УБИЙЦ ОНЫХ И СЖЕГ ГОРОД ИХ, предал пламени, уничтожил с лица земли. Между тем время пира наступило. Царь не желал, чтобы радость его осталась не разделенной с подданными. ТОГДА ГОВОРИТ ОН РАБАМ СВОИМ: БРАЧНЫЙ ПИР ГОТОВ, А ЗВАНЫЕ НЕ БЫЛИ ДОСТОЙНЫ. Эти надменные люди, которым я оказал такую честь, пригласив к себе на пир, не стоят моей милости. Но я найду себе гостей. ИТАК ПОЙДИТЕ НА РАСПУТИЯ, где много проходящих, И ВСЕХ, КОГО НАЙДЕТЕ, кого там ни встретите, всех ЗОВИТЕ НА БРАЧНЫЙ ПИР, без различия званий и состояний. Рабы исполнили повеленное. И РАБЫ ТЕ, ВЫЙДЯ НА ДОРОГИ, СОБРАЛИ ВСЕХ, КОГО ТОЛЬКО НАШЛИ, И ЗЛЫХ, И ДОБРЫХ; они не решились различать: кто достоин и кто не достоин царского пира – звали всех, кто хотел идти, пусть царь сам разберет: кого посадить за царскую трапезу и кого удалить с пиршества. И БРАЧНЫЙ ПИР НАПОЛНИЛСЯ ВОЗЛЕЖАЩИМИ – пиршественный стол был занят гостями, пир начался. Тогда царь вышел к пирующим, чтобы порадовать их своим присутствием: ЦАРЬ, ВОЙДЯ ПОСМОТРЕТЬ ВОЗЛЕЖАЩИХ, УВИДЕЛ ТАМ ЧЕЛОВЕКА, ОДЕТОГО НЕ В БРАЧНУЮ ОДЕЖДУ: он был одет неприлично, так что безчестил самое торжество, оскорблял царя и его гостей. И это после того, как царские слуги, по обычаю восточному, перед входом в пиршественную палату каждому гостю предлагали одежду от царских щедрот! Почему же этот странный гость сидит в своей грязной одежде, в какой был на распутиях? Может быть, это недосмотр моих слуг, не предложивших ему одежду, – думает царь. И он подходит к гостю.

И приветливо, не нарушая общего веселья, ГОВОРИТ ЕМУ: ДРУГ! КАК ТЫ ВОШЕЛ СЮДА НЕ В БРАЧНОЙ ОДЕЖДЕ? Гость не мог сказать, что его нечаянно позвали на пир прямо с распутия, что ему не дали времени зайти домой переодеться, что у него, по бедности, и вовсе нет лучшей одежды, – видимо, что и ему слуги царевы предлагали брачную одежду, но он сам не захотел ее надеть, пренебрег этим даром царским и, значит, – намеренно появился на торжестве в неопрятном виде, явился к царю, на свадьбу царского сына! Что мог сказать он в свое оправдание? ОН ЖЕ МОЛЧАЛ. Испорченность сердца сказалась и в этом молчании. Он упорно молчал, хотя этим молчанием уже сам себе произносил приговор. И приговор этот не замедлил: ТОГДА СКАЗАЛ ЦАРЬ СЛУГАМ, распорядителям брачного пира: СВЯЗАВ ЕМУ РУКИ И НОГИ,ВОЗЬМИТЕ, удалите ЕГО отсюда И БРОСЬТЕ ВО ТЬМУ ВНЕШНЮЮ, в самую глубокую и мрачную темницу; ТАМ, в этой непросветной тьме, БУДЕТ ПЛАЧ И СКРЕЖЕТ ЗУБОВ, неутешный плач позднего, безплодного раскаяния, и скрежет злобы на себя самого, скрежет погибельного отчаяния. Эту притчу Господь заключил тем же изречением, каким закончил притчу о злых виноградарях: ИБО МНОГО ЗВАНЫХ, А МАЛО ИЗБРАННЫХ. К числу этих званых, но не избранных, принадлежат не только те, которые вовсе не пошли на брачный пир, но многие и из тех, которые пришли на пир, но не захотели облечься в брачную одежду… Выслушав эту притчу, народ должен был невольно подумать: «значит, нечему удивляться, что первосвященники не верят Иисусу: званых много, а избранных мало. Нет причины спрашивать: кто же наследует царство, если Иудеи не войдут в него? Царь найдет себе гостей. Следовательно, нечего смотреть на фарисеев, а надобно слушать свою совесть, идти на вечерю, но идти в брачной одежде. В этом – приличном одеянии, в благочестивой жизни – главное дело. У Бога нет лицеприятия, кто соблюдет веру и будет добр, тот непременно будет в Царстве Мессии и получит спасение» (Иннокентий, архиеп. Херсонский). Читая Божественные притчи Господа, нельзя не удивляться той премудрой постепенности, с какой Он раскрывает в них святые истины Своего учения. Так, в предшествующей притче о злых виноградарях, Он открывал Себя под образом единородного, возлюбленного сына домовладыки, доброго хозяина; в притче о званых на вечерю, Он является уже как сын могущественного царя. В этой притче Он только прикровенно указал, что Царствие Божие отнимется у Иудеев «и дано будет народу, приносящему плоды его»; здесь, под образом созванных с распутий, яснее изображает язычников, которые войдут в Царство Его.

В первой, как бы Ветхозаветной притче, Он Сам является в образе последнего величайшего Пророка, венчающего Ветхий Завет; в последней Он уже восприемлет Свое Царство, как Царь, издавна предвозвещенный, и зовет в это Царство и Иудеев, и язычников. В той притче Закона, Он требует от людей плодов, исполнения долга; в этой – притче Благодати, Он Сам предлагает дары людям. Там Его оскорбляют неисполнением законных требований; здесь оскорбляют непринятием дара. Таким образом, эти две притчи дополняют одна другую, так что, где кончается первая, там начинается вторая. Приникнем же благоговейным вниманием к истолкованию притчи о званых на вечерю по руководству учителей Церкви. Царем называется здесь Бог Отец, Царь всего мира; Жених – Его Единородный Сын, истинный Мессия Господь Иисус; брачный пир – учреждение Царства Христова или Церкви Его в мире. Церковь Христова и есть Его непорочная невеста. И ветхозаветные пророки представляли открытие благодатного царства под образом брачного пира. «Видишь ли, – говорит святитель Златоуст, – великое сходство и вместе великое различие той и другой притчи? Ибо и эта притча показывает долготерпение Божие, великое Его попечение и нечестие Иудеев. Она предвещает отпадение Иудеев и призвание язычников, а также – какая казнь ожидает безпечных. Справедливо она предлагается после предыдущей притчи. Сказав, что Царствие Божие «будет дано народу, приносящему плоды его», Иисус Христос показывает здесь, какому дастся народу. Там Он изображается призывающим прежде распятия Своего, а здесь привлекающим их к Себе после распятия; тогда как надлежало бы их наказать тягчайшим образом, Он призывает и влечет их на брачный пир и удостаивает их величайшей почести. Как там не прежде призывает язычников, но сначала Иудеев, так и здесь. Как там, когда Иудеи не хотели принять Его и даже пришедшего к ним убили, а Он отдал виноградник другим; так и здесь, когда они не хотели прийти на брачный пир, Он позвал других. Может ли быть что хуже такой неблагодарности – быть зваными на брачный пир и не прийти? Кто не захочет пойти на бра́к, на брак к царю, царю, уготовляющему брак для сына? Ты спросишь: для чего Царствие Небесное называется браком? Чтобы ты познал попечение Божие, любовь Его к нам, великолепие во всем, познал то, что там нет ничего печального и прискорбного, но все исполнено духовной радости. Поэтому и Иоанн называет Его Женихом, поэтому и Павел говорит: «я обручил вас единому мужу, чтобы представить Христу чистою девою» (2Кор. 11:2). Здесь Христос предвозвещает и о воскресении. Прежде Он говорил о смерти; теперь говорит, что после смерти будет брак, будет Жених».

«Отец, – говорит святитель Григорий Великий, – устроил брак царственному Сыну, сочетав с Ним, через таинство воплощения, Святую Церковь». Этот брачный пир, «брак Агнца», о котором говорится и в Откровении апостола Иоанна Богослова, будет праздноваться, собственно, по кончине мира, когда откроется совершенное блаженство искупленных Кровью Господа праведников; но и в Первом пришествии Господа на землю уже приведена к Нему невеста Его – Церковь, уже совершено обручение, открыта вечеря брачная, предложены все благодатные дары Божие: приидите все, насладитесь пиром веры, внидите в радость Господа своего! Все восприимите богатство Божией благости! Юнцы и упитанная исколёна (Мф. 22:4); Агнец Божий Христос Спаситель заклан; Его пречистое тело и Божественная Кровь предлагаются в Церкви Его всем верующим; все готово: крещение, покаяние, все дары Божии и самое Царство Небесное. На эту вечерю, в недра Церкви Христовой, Бог звал Евреев издавна: позвал Он их праотца Авраама, и Авраам не отрекся, возжелал видеть день Христов, и увидел, и возрадовался. Звал и предков их, через Моисея, «который дал им Закон, указующий путь к вере во Христа; звал через пророков, которые открывали им волю Божию; звал и их самих через Иоанна, который всех их посылал ко Христу, говоря: «Ему должно расти, а мне умаляться»; потом – Самим Сыном, ибо Он говорит: «Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас»; «кто жаждет, иди ко Мне и пей» (Ин. 3:30; Мф. 11:28; Ин. 7:37). Он звал их не одними словами, но и делами; звал по вознесении Своем через Петра и прочих апостолов, ибо сказано: «Содействовавший Петру в апостольстве у обрезанных содействовал и мне у язычников» (Гал. 2:8). И к чему Он их призывает? К трудам, подвигам, бедствиям? Нет, Он их призывает к веселью. Ибо Он говорит: «тельцы Мои и что откормлено, заколото». Какой пышный пир, какое великолепие! Но и это их не обратило. Даже напротив, чем Он больше долготерпел им, тем более они ожесточались. Ибо они не пришли на брак по лености, а не потому, что заняты делами. Для духовных дел должно оставлять все другие занятия, даже необходимые. Но не это одно худо, что они не пришли, но вот что всего безрассуднее и ужаснее – они пришедших весьма худо приняли: надругались над ними и убили, что гораздо хуже прежнего. Прежде приходили к ним требовать плодов, и приходившие были убиты; теперь приходят от Убиенного ими звать на брачный пир, и также они убивают их. Что может сравниться с такой жестокостью? Что может быть хуже этого? Это есть третья их вина. Первая вина та, что они побили пророков; вторая, что они убили Сына; наконец, третья, что, призываемые от Убиенного ими, на брачный пир не идут, но представляют причины, которые, хотя благовидны, но из этого мы научаемся, что, хотя бы удерживала нас и необходимость, духовное должно предпочитать всему».

«Один ушел на поле свое, – говорит блаженный Феофилакт, – т.е. уклонился к плотоугодной роскошной жизни, а другой на свои купли, т.е. к жизни любостяжательной» (свт. Иоанн Златоуст). В притче не сказано, что звал к себе на брачный пир и сам сын царев; по-человечески судя, это было бы неприлично, не сообразно с его достоинством; но на самом деле Сын Царя Небесного так смирил Себя, что ради любви принял на Себя образ раба, образ одного из тех, которых Его Отец Небесный посылал для приглашения званых. И вот, пока эти званые только не хотели идти, пока не оскорбляли посланных, дотоле Царь благодушно терпел и снисходил их лености и нерадению. Такое благодушное снисхождение слышится во всех беседах к Иудеям апостола Петра после Пятидесятницы: «я знаю, братия, что вы… сделали это по неведению», – говорит он (Деян. 3:17). «Слуги, – говорит святой Иларий, – суть апостолы, ибо они должны были напомнить тем, кого звали пророки. Вторично же посланные суть мужи и преемники апостольские». И апостолы, и их ученики первое свое благовестие о Христе Спасителе обращали к Иудеям, но Иудеи, за исключением нескольких избранников благодати, отвергли их проповедь. В книге «Деяния святых апостолов» мы часто встречаем такие известия: и наложили на них руки… посрамили их… побили их… Наконец, долготерпение Божие к народу Иудейскому истощилось; Царь Небесный прогневался: «поскольку они не захотели прийти, но убили пришедших к ним, то Он сжег города их и, послав войско, истребил их. Этим Господь предсказывает события, случившиеся при Веспасиане и Тите». В Священном Писании и нечестивые люди иногда называются слугами Божиими, если Бог через них карает преступников Своей воли; так, об Ассириянах говорится: «О, Ассур, жезл гнева Моего!» (Ис. 10:5) О Навуходоносоре: «Навуходоносор, раб Мой». В том же смысле и легионы римские названы в притче воинством Царя Небесного. Римляне истребили и город их, т.е. Иерусалим, который уже перестал быть градом Божиим, градом Великого Царя, Который отрекается от него, не признает его более Своим: «се, оставляется вам дом ваш пуст!» (Мф. 23:38). «Не тотчас по смерти Христа случилось истребление города, но спустя сорок лет, после того, как они убили Стефана, умертвили Иакова, и наругались над апостолами, чтобы видно было Его долготерпение. Видишь ли, как точно и скоро исполнились самые события? Ибо это случилось еще при жизни апостола Иоанна и многих других, бывших со Христом, и свидетелями этих событий были те, которые слышали это предсказание. Затем, особенное попечение Божие. Он насадил виноград и, по убиении одних рабов, послал других; по убиениии же этих послал Сына и по убиении Сына призывает их на брак, а они не восхотели прийти.

После посылает других рабов, – они и этих убили. Тогда Он погубляет их, как зараженных неисцелимой болезнью. Что их болезнь была неисцельна, это доказывают не только дела их, но и то, что они совершали их тогда, когда уверовали и блудницы и мытари» (свт. Златоуст). После всего этого совершается обращение ко Христу язычников. «Ученики говорили Иудеям первым – и прежде и после креста. Ибо прежде креста говорил Иисус: «идите наипаче к погибшим овцам дома Израилева»; и после креста Он не просто сказал: «научите все народы», но «примете силу, когда сойдет на вас Дух Святый; и будете Мне свидетелями в Иерусалиме и во всей Иудее и Самарии, и даже до края земли» (Мф. 10:6, 28:19; Деян. 1:8). Апостолы так и поступали. Но так как Иудеи не переставали коварствовать против апостолов, то Павел говорит им: «вам первым надлежало быть проповедану слову Божию, но как вы отвергаете его и сами себя делаете недостойными вечной жизни, то вот, мы обращаемся к язычникам» (Деян. 13:46). Потому и Сам Господь говорит: «брачный пир готов, а званые не были достойны». Хотя Он и прежде знал об этом, но дабы не оставить Иудеям никакого предлога к безстыдному извинению, Сам пришел к ним первым и послал Своих апостолов, чтобы им заградить уста, а нас научить исполнять все, что должно, хотя бы никто не получил от этого никакой пользы. Итак, говорит Он, поскольку «званые не были достойны; итак, пойдите на распутия и всех, кого найдете, зовите на брачный пир», даже низких и презренных. Так как Он и раньше часто говорил, что блудницы и мытари наследует небо, и первые будут последними, и последние первыми, что особенно оскорбляло Иудеев, то теперь показывает, что все это делается справедливо. Ибо видеть, что язычники на их место вводятся в Царство, было жесточайшим и гораздо сильнейшим прискорбием для Иудеев, чем видеть разорение их города» (свт. Иоанн Златоуст).

«Толкование по истории Новозаветной»

«И рабы те, выйдя на дороги, собрали всех, кого только нашли, и злых и добрых». Так именно и поступали апостолы. Так Филипп пришел в город Самаринский и проповедовал им Христа. Петр крестил Корнилия и его домашних, а Павел провозгласил перед Афинянами, что Бог ныне повелевает людям всем повсюду покаяться. Сказано, что они собрали и злых, и добрых. Добр был Нафанаил, добр Корнилий, добры язычники, которые, не имея Закона, были сами себе закон; с другой стороны, злы те, на кого грех, общий всем, действовал сильнее, чем на других; болезнь, поразившая все человечество, более сосредоточивалась в одних членах, чем в других.

Царство Божие есть невод, захватывающий и лучших, и худших, тех, которые прежде стремились к праведной жизни по Закону и тех, которые совершенно умерли в грехах и беззакониях, но, услышав проповедь Евангелия, покаялись и обратились ко Христу. «И брачный пир наполнился возлежащими». До сих пор притча Христова объясняла нам, за что и как Бог наказал народ Иудейский и его старейшин и учителей, которые явно отвергли благовестие о спасении; объясняла, как войдут в Царствие Божие язычники. Теперь Господь раскрывает и предостерегает нас, что и из всех, которые войдут в Его Церковь, не все будут достойны Царствия Его. «Царь, войдя посмотреть возлежащих», Господь, как Единый Сердцеведец, Сам рассудит, кто достоин и кто не достоин Его Царствия. О нем именно сказано: «лопата Его в руке Его, и Он очистит гумно Свое» (Мф. 3:12). Всем гостям, призванным на царский пир, выдавалась приличная одежда: все, вступающие в Церковь Христову в Таинстве Крещения облекаются в ризу правды, в светлую одежду чистоты духовной, становятся новыми людьми по благодати и должны хранить эту чистоту души, не оскверняя ее новыми грехами. Брачная одежда есть чистая и непорочная жизнь, подобно одежде, сотканной из добродетели. «Итак облекитесь», – говорит апостол Павел (Кол. 3:12), – «как избранные Божии, святые и возлюбленные, в милосердие, благость, смиренномудрие, кротость, долготерпение». «Под одеждой, – говорит святитель Златоуст, – разумеются дела жизни. Хотя призвание и очищение есть дело благодати, но то, чтобы призванные и облеченные в чистую одежду постоянно ее сохраняли такой, зависит от старания призванных. Призвание бывает не по достоинству, но по благодати; поэтому должно соответствовать благодати послушанием и, получив честь, не показывать такого нечестия. Поэтому великое наказание ожидает нерадивых. Ибо ты, уклоняясь к развратной жизни, также оскорбляешь Бога, как и они оскорбили Его тем, что не пришли к Нему. Ибо войти в нечистой одежде означает: имея нечистую жизнь, лишиться благодати. Потому и сказано: «он же молчал». Не видишь ли, как при всей ясности дела, Господь не прежде наказывает, как тогда уже, когда согрешивший сам себя осудил! Не имея, чем защитить себя, он осудил самого себя и подверг чрезвычайному наказанию». Почему Господь сказал в притче: «сделал брачный пир», а не брачные пиры? «Потому, – отвечает на это преподобный Симеон Новый Богослов, – что сей брак бывает с каждым верным сыном дня», каждая верующая душа может не только соделаться участницей Царствия Божия, но и невестой Христовой. И Господь дает нам все средства, чтобы мы могли жить по вере.

В Таинствах Его Церкви мы обретаем и очищение, и обновление духа, так что нет нам никакого извинения, если не облечемся в праведность, как в одежду, которую всегда готов подать нам Небесный Царь, лишь бы всем сердцем стремились исполнить святую волю Его и взывали к Нему: «Чертог Твой вижду, Спасе мой, украшенный, и одежды не имам, да вниду вонь: просвети одеяние души моея, Светодавче, и спаси мя!» (Светилен Великого Понедельника). Недостойный гость молчал… Онемеет язык грешника, когда он предстанет на Суд Божий. Не дерзнет он оправдываться, когда откроются его очи и он увидит все зло, какое оскверняет его душу. Обличаемый Богом, обличаемый совестью, он будет в безмолвном трепете ждать изречения приговора Суда Божия. И Суд сей не умедлит. Избежать его он не может. Скажет Царь: «связав ему руки и ноги, возьмите его и бросьте во тьму внешнюю». И тогда для изгнанника Царствия Божия, для грешника нераскаянного, «приходит ночь, когда никто» (человек) «не может делать» (Ин. 9:4), наступит пора, когда уже невозможно будет покаяние и исправление, ибо он сам не хотел жить во свете, не стремился к свету жизни и стал сыном тьмы и вечной погибели. Смерть свяжет ему все деятельные силы души. «Слыша о мраке, – говорит святитель Златоуст, – не подумай, что он тем только и был наказан, что был отослан в темное место; нет, здесь еще будет плач и скрежет зубов, что показывает нестерпимые муки. Обратите на это внимание все вы, которые, приняв участие в Таинствах и будучи призваны на брак, облекаете душу нечистыми делами! Послушайте, откуда вы призваны! С распутия. Что вы были? Хромые и слепые по душе, что гораздо хуже слепоты телесной. Почтите же человеколюбие Призвавшего; никто да не приходит в нечистой одежде, но каждый пусть позаботится об одеянии души своей. Послушайте жены, послушайте мужья! Вам нужна не эта златотканая одежда, украшающая ваше тело, но одежда, которая бы украшала душу. Но нам трудно облечься в эту одежду, доколе мы будем носить первую. Нельзя украшать вместе и душу, и тело, – нельзя! Нельзя вместе работать маммоне и служить Христу как должно. Итак, оставим эту худую привычку, которая у нас господствует. Ты, конечно, не снес бы великодушно, если бы кто украсил дом золотыми занавесами, а тебя заставил сидеть в рубище, почти нагим. Но вот, ты теперь сам это делаешь, украшая жилище души своей, т.е. тело, безчисленными одеждами, а душу оставляешь в рубище. Неужели ты не понимаешь, что званую в этот торжественный чертог душу твою надобно будет ввести облаченной и украшенной золотыми одеждами? Хочешь ли, я покажу тебе одетых таким образом, одетых в брачную одежду? Припомни святых, облаченных во власяницы, живущих в пустынях.

Они-то особенно носят брачные одежды. Ты увидишь, что они не согласятся взять порфиры, если будешь давать им; но как царь, если бы кто велел ему надеть худую одежду бедняка, отвергнул бы ее с презрением, так отвергнут и они его багряницу. И это они делают не по другому чему, как потому, что знают красоту своей одежды. Поэтому же презирают они и пышное одеяние, как паутину. Если бы ты мог отворить двери сердца их и увидеть душу их и всю красоту внутреннюю, ты упал бы на землю, не вынес бы сияния красоты, светлости тех одежд и блеска их совести. Итак, если мы сравним себя с ними, чем лучше будем муравьев? Ничем. Ибо, как муравьи заботятся о вещественном, так и мы. И пусть бы только об этом заботились мы, а то еще гораздо о худшем, потому что заботимся не только о необходимом, как муравьи, но и об излишнем. Муравьи трудятся и труд их неукоризнен, а мы всегда трудимся из любостяжания». «Я, – говорит Иннокентий, архиепископ Херсонский, – всегда содрогаюсь, когда вспоминаю слова: «друг! как ты вошел сюда не в брачной одежде?» Особенно эти грозные слова должно приводить себе на память, когда готовимся приступить к Вечере Господней – к причащению Пречистых и Божественных Тайн Христовых. Никакая вечеря царская не может сравниться с этой пренебесной Вечерей Небесного Царя. С каким же страхом и трепетом, с какой чистотой сердца и души должны мы приступать к ней! «Никтоже достоин от связавшихся плотскими похотьми и сластьми приходити, или приближитися, или служити Тебе, Царю славы..». (Молитва иерея во время Херувимской песни). Но благостный Царь славы Сам же и одежду предлагает всем, желающим приступить к Его духовной трапезе: эта одежда есть благодать покаяния. Прежде чем приступить к Трапезе Господней, приди к служителю Христову, очисти себя покаянием и облечешься в ризу правды, и если и недостоин, Господь, по милосердию Своему, удостоит тебя за твое смирение вкусить Его Безсмертной Трапезы»… Грозно и другое слово Христово: «много званых, а мало избранных». Много людей, именующих себя христианами, но многие ли из них действительно войдут в Царство Небесное, на Великую Вечерю Христову? Сколько таких, которые остаются в той же одежде, в какой застал их на распутиях мира зов благодати спасающей, – не переменив своего сердца, не исправив своей жизни… «Живи так, – поучает епископ Феофан, – чтоб Бог любви возлюбил тебя любовью вечной. Исходи на торговлю свою, но блюди, чтобы через стяжание мирских благ не продать миру души своей. Исходи на поля свои, удобряй землю свою и сей на ней семена, чтобы плодами их мог укрепить тело свое, но особенно сей на ниве души твоей семена добродетели, да пожнешь от них плоды жизни вечной.

Сохраняй чистой, незапятнанной одежду, полученную во Святом Крещении, до конца жизни твоей, да будешь достойным участником небесного брачного чертога, куда входят только те, которые имеют чистую одежду и светильники, горящие в руках…»

Притча о званых на вечерю. Эжен Бернанд (id=485, №=178-4)

Иисус, продолжая говорить им притчами, сказал: Царство Небесное подобно человеку царю, который сделал брачный пир для сына своего и послал рабов своих звать званых на брачный пир; и не хотели прийти.
Опять послал других рабов, сказав: скажите званым: вот, я приготовил обед мой, тельцы мои и что откормлено, заколото, и все готово; приходите на брачный пир. Но они, пренебрегши то, пошли, кто на поле свое, а кто на торговлю свою; прочие же, схватив рабов его, оскорбили и убили их.
Услышав о сем, царь разгневался, и, послав войска свои, истребил убийц оных и сжег город их.
Тогда говорит он рабам своим: брачный пир готов, а званые не были достойны; итак пойдите на распутия и всех, кого найдете, зовите на брачный пир.
И рабы те, выйдя на дороги, собрали всех, кого только нашли, и злых и добрых; и брачный пир наполнился возлежащими.
Царь, войдя посмотреть возлежащих, увидел там человека, одетого не в брачную одежду, и говорит ему: друг! как ты вошел сюда не в брачной одежде?
Он же молчал.
Тогда сказал царь слугам: связав ему руки и ноги, возьмите его и бросьте во тьму внешнюю; там будет плач и скрежет зубов; ибо много званых, а мало избранных. (Мф.22:1-14)

Он же сказал ему: один человек сделал большой ужин и звал многих, и когда наступило время ужина, послал раба своего сказать званым: идите, ибо уже все готово. И начали все, как бы сговорившись, извиняться.
Первый сказал ему: я купил землю и мне нужно пойти посмотреть ее; прошу тебя, извини меня.
Другой сказал: я купил пять пар волов и иду испытать их; прошу тебя, извини меня.
Третий сказал: я женился и потому не могу прийти. И, возвратившись, раб тот донес о сем господину своему.
Тогда, разгневавшись, хозяин дома сказал рабу своему: пойди скорее по улицам и переулкам города и приведи сюда нищих, увечных, хромых и слепых.
И сказал раб: господин! исполнено, как приказал ты, и еще есть место.
Господин сказал рабу: пойди по дорогам и изгородям и убеди прийти, чтобы наполнился дом мой.
Ибо сказываю вам, что никто из тех званых не вкусит моего ужина, ибо много званых, но мало избранных. (Лк.14:16-24)

  • Толкования на Притчу о званых — часть 1

Свт. Иоанн Шанхайский (по обоим евангелистам):

<…> Два пира — образы двух порядков жизни, двух родов наслаждения.
Первый образ духовного пира, духовного наслаждения. Он устраивается Господом. Тот пир — Церковь Христова.
Мы приглашаемся на тот пир, когда призываемся к участию в Богослужениях, особенно Божественной Литургии, и причащению Божественного Тела и Крови Христовых, к деланию добра, вниманию и трезвению.
Мы отказываемся идти на тот пир, когда не приходим на церковные службы, когда вместо добра делаем зло, когда предпочитаем житейские заботы и удовольствия Божественной жизни.
Мы приходим не в брачной одежде, когда вносим чуждое, греховное настроение в ту жизнь.
Каждый из нас много раз в день приглашается на тот пир и отказывается каждый раз, когда плотское и греховное предпочитает духовному и Божественному.

На пир Ирода мы тоже приглашаемся многократно в день.
Мы часто сразу не замечаем, что нас искушает зло. Грех начинается всегда с малого.
Ирод вначале даже всласть слушал Иоанна Крестителя, он внутри сознавал греховность своего поступка, но не боролся с грехом и дошел до убийства величайшего Праведника.
Мы идем на скверный пир Ирода каждый раз, когда вместо добра выбираем зло, плотские, греховные наслаждения, немилосердие, невнимательность к своей душе и так далее.
Начав с малого уже трудно остановиться и, если затем вовремя не опомниться и не употребить усилия над собой, можно дойти до величайших грехов и преступления, за которыми последуют вечные мучения.

И ныне к каждому из нас Иоанн Креститель взывает: Покайтесь, приблизилось бо Царство Небесное.
Покайтесь, дабы наслаждаться в светлых, вечных обителях вечери Агнца, закланного за грехи всего мира, и не разделить с диаволом пир злобы и мучений в тартаре (в преисподней) и тьме кромешной.

Свт. Лука Исповедник (Войно-Ясенецкий) (по обоим евангелистам):

Св. апостол и евангелист Иоанн Богослов:

Блаженны званые на брачную вечерю Агнца (Откр. 19, 6–9).
Евангелист Лука говорит, что некоторый человек устроил вечерю великую, а апостол Матфей иначе говорит о том же самом:
Царство небесное подобно человеку царю, который сделал брачный пир для сына своего… (Мф. 22, 2).
Вот то, что говорит Матфей, чрезвычайно близко подходит к словам апостола Иоанна Богослова.

Эта вечеря была именно брачный пир Сына Божия, а Сам Бог Отец устроил эту великую вечерю. <…>
И когда все было готово, когда настало время ужина, послал он раба сказать званым: Идите, ибо уже все готово.

Заранее были приглашены, были заранее званы на брачный пир избранные — вожди народа израильского, это были учители его — первосвященники, книжники, фарисеи, члены синедриона, старейшины народа — их в первую очередь звал Господь на пир Свой <…>.

И как ответили эти избранные, эти вожди народа израильского?
И начали все, как бы сговорившись, извиняться.
Первый сказал ему: я купил землю, и мне нужно пойти и посмотреть ее; прошу тебя, извини меня.
А по-славянски сказано гораздо лучше: Молю тя, имей мя отречена, — отрекаюсь от твоей вечери.
Он купил землю и поэтому считал совсем неинтересным брачный пир Христов, вечерю Сына Божия.
Только на земное возложил он все свое упование, только к земному обратил сердце свое, <…>, а потому не хочет он никакой вечери в Царстве Божием.

Другой сказал: Я купил пять пар волов и иду испытать их; молю тя имей мя отречена.
Он купил пять пар волов, значит, был богат, и из-за этих пяти пар волов отказался от вечери в царстве Божием.
Кто вступит раз на путь любостяжания, никогда не сходит с него, ибо любостяжание всецело овладевает сердцем человека, делает сердце это ничем ненасытимым, ибо чем больше приобретает человек, тем больше разгорается его страсть к приобретениям<…>.

Третий сказал: я женился; и потому не могу прийти.
Первые два все-таки извинялись, а этот даже не извинился, он просто и грубо говорит: не нужна мне твоя вечеря.
Я женился, мне предстоят брачные утехи, которые мне гораздо дороже твоей вечери. Имей мя отречена.
Опять человек, преданный всем сердцем земному.

И возвратившись, раб тот донес о сем господину своему.
Тогда, разгневавшись, хозяин дома сказал рабу своему: пойди скорее по улицам и переулкам города и приведи сюда нищих, увечных, хромых и слепых.
И сказал раб: господин! исполнено, как приказал ты, и еще есть место.
Кто эти слепые, хромые, нищие и убогие, которых собирал хозяин вечери по улицам города?

Бог избрал немудрое мира, чтобы посрамить мудрых, и немощное мира избрал Бог, чтобы посрамить сильное; и незнатное мира и униженное и ничего не значащее избрал Бог, чтобы упразднить значащее… (1 Кор. 1, 27–29). Это были нищие и телом, и духом, смиренные, простые люди, которые не кичились своей мудростью, ибо книжной мудрости не имели, были необразованными людьми.<…>
Это были не мудрые, не знатные — это были униженные.<…>
Нищие, хромые, слепые, убогие — это они обратили сердца свои к Спасителю нашему, их собрал раб господина по улицам города.
Но осталось еще место.

И тогда господин сказал рабу: пойди по дорогам и изгородям и убеди прийти, чтобы наполнился дом мой (Лк. 14, 23–24).
Это язычники, среди которых с такой быстротой распространилось евангельское слово,
это язычники, жившие далеко, далеко от Иерусалима,
это язычники той великой империи Римской, которая покорила себе весь тогдашний мир.
Покоренные в течение трех веков проповедью о Христе, пролившие в этом процессе своего познания Христа так много крови, мученики Христовы — темные язычники, блуждавшие по перепутьям. Это их призвал Господь.
Евангелие Христово в течение трех веков покорило себе весь тогдашний языческий мир. Вот кем наполнилась горница, уготованная для пира.
Царь, вошедши посмотреть возлежащих, увидел там человека, одетого не в брачную одежду, и говорит ему: друг! как ты вошел сюда не в брачной одежде?
Он же молчал. Тогда сказал царь слугам: связав ему руки и ноги, возьмите его и бросьте в тьму внешнюю; там будет плач и скрежет зубов (Мф. 22, 11–13).

А это кто: одетый не в брачную одежду?
Один из тех, кто не понимает, что царство Божие силой берется, и употребляющие усилия восхищают его.
Тот, который полагал, что получив отпущение и прощение грехов в Таинстве крещения, уже чист;
один из ханжей, которые думают, что только одним внешним соблюдением обрядов, одной внешней набожностью можно заслужить Царствие Божие.<…>

Слова Христовы вечны, имеют они вечное и непрестающее значение и в наши дни, и для нас <…>.
Все люди, которых Он искупил Божественною Кровью Своею, призваны на вечерю в царстве Божием.
Многие ли откликаются на призыв?
Огромному множеству людей нет дела до Царства Небесного, они не верят в вечную загробную жизнь, не верят в Бога и в Царствие Его вечное; они идут своим путем, отвергши путь Христов. Пусть идут — их воля, но пусть смотрят, куда придут. Увидят, поймут, что отвергли, над чем смеялись и издевались.

Но в роде человеческом далеко не все таковы.
Из числа отвергших вечерю Христову есть много таких, которые веруют в Бога, которые любят Христа и хотели бы войти в Царство Небесное.
Но на вечерю они не идут, но Христу, зовущему на вечерю, отвечают: Имей мя отречена.
Они боятся и не хотят идти против течения…

Кто постыдится Меня пред человеки, постыжусь того и Аз пред Отцом Моим Небесным

<…> В нашей власти осознать ужас отречения от царства Небесного, от вечери Христовой.
Заслужим мы отречение от нас Самого Господа Иисуса Христа, если посмеем Ему сказать: имей мя отречена, если не решимся плыть против течения, если выше всего не будем ставить заповеди Христовы, не боясь того, что скажут о нас люди мира сего..

Митрополит Антоний Сурожский:

Мы призваны в Царство Божие, то есть мы призваны вступить с Богом в отношения такой близости, такой взаимной любви, чтобы стать Его самыми близкими друзьями. Но для этого, конечно, надо найти время на Него, надо просто найти время с Ним пообщаться.

Господин (Бог) пригласил друзей на брак своего сына. И каждый из них начал отказываться.
«Я купил клочок земли, теперь я обладаю землей, она моя…»
Человек не понимает, что в тот момент, когда он «овладел» землей, он стал рабом земли.
Он не может от нее оторваться, он не может ее оставить ради того, чтобы разделить радость самого близкого своего друга; земля его держит в плену.
Не обязательно большое богатство, это может быть самая ничтожная привязанность.
Вы подумайте о том, что случится, если вы в руку возьмете даже мелкую монету, с которой вы ни за что не хотите расстаться.
Зажали вы ее в кулак — что же вы теперь можете делать с этим кулаком? Ничего. А с этой рукой? Предплечьем? Плечом?
Ничего, иначе вы выроните эту монету. И в результате вы все свое тело, все свое внимание, все свое сердце поработили этому грошу<…>.
Поэтому человек, который говорит: «Я теперь хозяин земли», — на самом деле только раб этого кусочка земли, поля, в которое он пустил корни, и эти корни ему не дают никуда от поля отойти.

Другой человек купил пять пар волов, у него дело, призвание, он что-то должен с этими волами делать: то ли обрабатывать землю, то ли впрячь их в тачку, чтобы таскать какое-то свое богатство.
Он тоже не может пойти на зов своего друга, у него «дело есть», у него призвание есть, он что-то должен совершить на земле.
Когда он совершит это на земле, ну, тогда он может вспомнить о небе, тогда и о Боге можно будет вспомнить, о друге можно будет вспомнить, о нуждах чьих-то можно вспомнить, о чьей-нибудь радости можно будет вспомнить…

О радости как раз говорит третий пример.
Третий приглашенный отвечает своему другу (или Богу — назовите как хотите): «Я только что женился сам, я не могу прийти на твой пир.
Как я могу прийти на твою радость, когда мое сердце переполнено моей, собственной?
Для твоей радости в моем сердце места нет. <…>»
Разве это не то, что так часто мы делаем в том или другом виде?
У нас сердце чем-то переполнено, и в нем нет места, чтобы разделить чужую радость или чужое горе. Это же страшно подумать!
Это очень важно нам воспринять, потому что иначе мы будем продолжать жить, пуская корни в землю, думая, будто мы ею обладаем, когда мы рабы ее.
(«Земля» здесь обозначает все то, что нас может вещественно поработить: богатство в каком бы то ни было виде).

Или у нас высокое представление о нашем призвании.
Нам надо что-то совершить громадное; я художник, я писатель, я умный человек; скажем даже: я священник, я проповедник, я богослов.
Мне некогда заняться Богом, потому что я занимаюсь по отношению к другим людям изложением того, кто Он, что Он, говорю о тайнах Царства Божия…
Жутко подумать об этом по отношению к себе, но и к другим!

Господь призвал на брак – то есть на самую глубочайшую, совершенную радость – самых близких Ему людей, тех, которые всегда в минуты радости около Него были, тех, которые умели делить все светлое, что происходило в Его жизни.
Но когда дошло до последней радости, до радости Господней, до брака Сына Его, когда радость оказалась такая, что надо было приобщиться Его радости, а не только разделить с Ним радость – тогда все начали от этого брачного пира отказываться. <…>

Не так ли бывает часто с нами и по отношению к Богу и по отношению друг ко другу? Когда чужую радость – будь то Божию, будь то человеческую – мы можем разделить, чтобы она стала нашей радостью, не только приобщиться чужой радости, но присвоить себе хоть какую-то долю ее – мы с готовностью идем.
Но когда нам надо только радоваться чужому счастью, когда радость окажется не нашей, а его – Божией или человеческой, – нам некогда, мы заняты землей, у нас своя радость, свой брак; у нас своя земля, своя работа, нам некогда пойти только ликовать, потому что кто-то другой ликует…

Делить горе мы иногда – не всегда – кое-как умеем; а разделить радость бывает очень трудно.
Нужно очень много отрешенной, великодушной любви, чтобы уметь радоваться той радости, которая останется собственностью другого, не моей.
А вместе с этим если мы не можем радоваться так, то, значит, любви к человеку – или к Богу – у нас очень, очень мало; и оказывается, что мы умеем радоваться только тогда, когда рассчитываем, что радость будет наша, что мы сможем ее присвоить.

И об этом говорит вторая черта сегодняшнего Евангелия.
Когда все близкие, приближенные отказались, Господь повелел собрать незваных нищих, бродяг, людей, которые никогда к Нему раньше близко не подходили:
Пусть Мой пир наполнится…
И вот собрались люди; все приходили недостойными этого пира и этой радости; приходили нищие, в нищенском рубище, и всех принимал Господь, и каждого Он принимал с щедростью и гостеприимством, которое из них делало <…> гостей, равных Ему; их принимали и одевали, и мыли, и вводили в чертоги царские так, чтобы они не чувствовали себя не на месте<…>…

Но среди них оказался такой, который пришел не разделить радость, а насытиться трапезой Господней; он, прошел мимо тех, которые хотели его умыть, и одеть, и приготовить к пиру: Не для того я пришел, чтобы прихорашиваться, я пришел поесть, насытиться… – и прошел прямо в пир.

И когда вошел хозяин, то увидел, что были нищие с теплым, ласковым, благодарным сердцем, которые захотели быть такими гостями, чтобы хозяин на них глядел и не стыдился, чтобы он мог радоваться, что они широко приобщены этой радости: не только насыщены, но одеты, утешены, обрадованы…
А среди них он увидел такого, который только от жадности пришел – и того Он Своим гостем не признал; этот человек пришел не для того, чтобы с ним разделить радость, пришел не возрадоваться радостью Господней, а только насытиться Его щедрот.
И такому на пиру не оказалось места.

Не так ли мы часто идем на пир Господень, не этого ли мы часто ожидаем от Церкви, от Бога, от Царства Божия?..
Пир уготован. Агнец заклан; но этот Агнец – Христос, Сын Божий…
Радость Господня в том, что, когда мы приобщимся тайне Христа, мы станем детьми Его собственного дома; но приходим ли мы с готовностью разделить со Христом все то, что Он Собой представляет?
Приходим ли мы с готовностью так приобщиться Христу, чтобы не только вечная Его слава, но и временный Его подвиг, страдание, крест стали нашим достоянием? Готовы ли мы пройти через всю тайну Христа, или же довольно нам того, что Христос умер за нас, а мы хотим жить Его жизнью, не умирая ни миру, ни себе?
Не подобны ли мы тогда тому единственному гостю, который вошел, чтобы только получить, только насытиться, который только о себе думал, но не захотел приобщиться самой тайне пира, самой крестной радости Воскресения?..

Подумаем об этом – часто ли мы отзываемся, когда нас зовет Господь: Придите ко Мне? <…>
Хотим ли мы приобщиться всей Его радости и любви, или только Его славе, только покою, только миру, только победе – которые Он нам может дать ценой креста и смерти Единородного Сына?..

Cлово Господне – не только призыв к вечной жизни, но и суд.
Аминь.

Архим. Кирилл (Павлов) (по св. евангелисту Луке):

Пристрастие к земному, к наслаждениям, к богатству, к удовольствиям , пристрастие к отдельным лицам другого пола заглушают в человеке призыв к Царствию Божию, и он, подобно евангельским званым, отвечает: Не могу прийти, прошу тебя, извини меня.
Конечно, эти званые не вкусят вечери Господней, не будут наслаждаться вечным блаженством, от которого они сами же и отрекаются.
Во время земной жизни они не приобретают ничего для жизни в обителях Отца Небесного.
Любовь, радость, мир, долготерпение, кротость, милосердие, благость, воздержание, вера (ср.: Гал. 5, 22–23) — вот качества, отверзающие человеку врата небесные и вводящие его в чертоги райские.
Но эти качества, составляющие плоды духа, неведомы и недоступны живущим по началам плоти, живущим только для земли, без мысли о Небе, об Иисусе Христе и Его заповедях.
И поэтому без тяжких, по-видимому, грехов, без возмущающих душу злодеяний миролюбец и сластолюбец, предающийся своим житейским попечениям и радостям, забывая о Боге, в конце концов подвергается вечной погибели: Сеяй в плоть свою, от плоти пожнет истление (Гал. 6, 8).

А вот люди второго рода, званые с дорог и перекрестков, т. е. люди менее одаренные и способные в жизни, оказываются более отзывчивыми,
и призыв Божий, обращенный к ним, венчается успехом скорее, чем обращенный к людям, надмевающимся своей праведностью или своими дарованиями.
Нищие духом, сознающие свое ничтожество, нравственную скудость и неспособность собственными силами устроить свое спасение, алчущие и жаждущие правды, со всей горячностью отвечают на призыв в Царствие Христово, к жизни христианской, и из их среды исходят лучшие гости на брачном пиру Агнца Божия, вземлющего грехи мира.

Прот. Димитрий Смирнов (по св. евангелисту Матфею):

Царствие Небесное сравнивается со свадьбой, которую устраивает Отец Небесный Сыну Своему.

В Библии есть книга «Песнь песней», в которой под видом любви юноши и девушки рассказывается о любви человека и Бога.
Еще издревле человеческой душе в ее стремлении к Богу усваивали те же отношения, что и в браке.
В истинном браке два человека становятся одним существом, не теряя своей личности; у них все делается общим, они имеют друг к другу жертвенную любовь, желание один другому послужить, каждый живет не для себя, а для другого.
И отношения души человека и Бога такие же. Господь, чтобы спасти человека, нисходит на землю, распинается за него.
Человек должен быть убит за свои грехи, а это наказание берет на Себя Бог, отдает Себя в жертву, и человек в ответ отдает Ему всю свою жизнь, отвергается себя, берет крест свой и следует за Богом по тому пути, который Господь ему предначертал.

Поэтому Господь и уподобляет Царствие Небесное брачному пиру.
А Церковь — это Царствие Небесное, находящееся на земле.
Господь приводит нас в Свое Царствие через Церковь.
И наше богослужение, вершиной имеющее Божественную литургию, есть Царство Небесное, пришедшее в силе.
Мы здесь стоим перед лицом Самого Христа Спасителя.
Все мы пришли на этот пир, но каждый из нас находится к нему в особом отношении.
Много званых — Господь призывает в Царство Небесное не только нас с вами, но и весь мир через слово Божие.
Священное Писание переведено на все языки мира. Каждый человек, живущий в мире, знает имя Христово. <…>

Отец наш Небесный устраивает брачный пир — Литургию.
Господь всех верующих призывает на нее, но совсем не все идут — под разными предлогами. <…>
Господь зовет всех на брачный пир, зовет всех в Царство Небесное — не в какое-то там символическое, а в самое реальное: в храме присутствует живой Христос, и Духом, и Телом. <…>
Мы можем вкусить Его Пречистого Тела и Честной Его Крови, то есть соединиться со Христом — не как кровоточивая женщина края одежды Его коснулась, а всего Христа принять в себя.

Брак — это сочетание двух существ в одно, и душевно, и телесно, поэтому и говорит Писание, что муж и жена есть одна плоть; из них происходит даже третья плоть — дитя.
И такое же сочетание души христианской со Христом совершается на этом брачном пире, они соединяются не только в один дух, но и в одно тело: Тело Христово растворяется в нашем теле, а Кровь Его в нашей крови.
Какую еще благодать можно вообразить выше? <…>

Тогда говорит он рабам своим: брачный пир готов, а званые не были достойны; итак пойдите на распутия и всех, кого найдете, зовите на брачный пир.
И рабы те, выйдя на дороги, собрали всех, кого только нашли, и злых и добрых, и брачный пир наполнился возлежащими.
Это сказано о нас: Господь остатки какие-то собрал по разным закоулкам и все-таки наполнил пир.
Мы не являемся изначала зваными, а представляем собой некий сброд, который не знает ни заповедей Божиих, ни Священного Писания, и пришли мы как бы ниоткуда, потому что никакого христианского воспитания не получили, имеем отрывочные сведения о вере, о Боге.

Царь, войдя посмотреть возлежащих, увидел там человека, одетого не в брачную одежду.
То есть Сам Отец Небесный входит в наш храм и смотрит, кто из нас в брачной одежде, а кто нет.
И говорит ему: друг! как ты вошел сюда не в брачной одежде? Он же молчал.
Тогда сказал царь слугам: связав ему руки и ноги, возьмите его и бросьте во тьму внешнюю; там будет плач и скрежет зубов; ибо много званых, а мало избранных.
А это о чем? Кто из нас будет связан и брошен вон, во тьму внешнюю, то есть в мир внешний, мир страстей, в погибель? Тот, кто попал сюда случайно.
А что такое брачная одежда? <…> Мы тоже получаем брачную одежду — на исповеди, это одежда покаяния.

<…> Само желание причаститься — это Божественное желание.
И то, что человек пошел на брачный пир даже в грязной одежде, не есть еще грех, потому что стремление причаститься — от Бога.
Дьявол не может внушить человеку такую мысль, потому что для дьявола это невыносимо. <…>
А Господь говорит: Пийте от нея вси — все, весь мир призывается к Чаше для соединения с Богом.
Но единственное условие этого соединения — покаяние, потому что мы все пришли к Богу в грехах. <…>
Человек должен осознать перед Богом, что он недостоин участия в этом пире. Каждый входящий в храм должен глубоко понимать, что он здесь пришелец, он убогий нищий, которого подобрали где-то на дороге и из милости сюда пустили.

<…> Источник нашего очищения есть Чаша Христова.
Центр и средоточие нашей духовной жизни есть эта божественная служба — Евхаристия, благодарение.<…>
Причащение есть самая большая полнота общения с Богом, без него не может быть ни молитвы, никаких добрых дел, никакой жизни христианской, а только одна иллюзия ее. <…>
Причастие — это есть Царство Небесное. <…>
Но оно духовное и увидеть его можно только духовными очами. А для этого надо их открыть, надо промыть их от греха.

Много званых, а мало избранных.

И ради избранных Господь пролил Свою Кровь. Сможем ли мы стать этими избранными? <…>
Если человек хочет приобщиться к Царствию Небесному, он начинает исполнять заповеди Божии.
И по тому, как он исполняет, можно понять, действительно ли он хочет Царствия Небесного или нет.

Пойдите на распутия и всех, кого найдете, зовите на брачный пир, злых и добрых, чтобы наполнился брак возлежащими.
А почему Господь избрал именно всех вместе, и злых, и добрых? Нельзя ли было одних добрых призвать, хороших?
Нет, никак нельзя, потому что Господь хочет спасти всех и каждого. Просто задача у всех разная
<…> А что такое добро? Это есть исполнение заповедей Божиих. И мы сможем их исполнять, только их познав.
А для этого мы должны знать Священное Писание, чтобы нам понимать, в чем заповеди состоят. Поэтому один из наших тяжких грехов — это невежество.
<…> Пока мы живы, Господь ждет, что мы обратимся к Нему, потому что ни один человек не может сам себя из злого сделать добрым, из плохого — хорошим.
Только Господь это может, и надо Его об этом просить, надо взывать: Господи, спаси меня, я погибаю. <…>
И Он всегда стоит среди нас. Когда мы только направим мысль свою к Богу, Он уже выбегает к нам навстречу. <…> и готов принять нас в Свои объятия, готов простить, готов тельца упитанного закласть, чтобы дать нам в пищу.

Он отдал ради нас на смерть Сына Своего Единородного.
Кто может сказать: я достоин причащаться Тела и Крови Христа Спасителя? Никто не может так сказать.
Как можно быть достойным такой святыни? Но милость Божия простирается на нас, Господь не отвергает нас, Он хочет нас исцелить.
А мы сами своей злой волей, разлененностью, гордостью препятствуем спасению нашей души.
Поэтому если кто-то из нас погибнет, то в этом будет виноват он сам.

Гладков Б.И. (по св. евангелисту Матфею):

<…>В этой притче Иисус <…> указал на условия, без соблюдения которых нельзя войти в Царство Небесное.
Царь, по доброте Своей, зовет всех; званных много, но далеко не все окажутся достойными занять приготовленные места.
В Царство Небесное можно войти только с чистой душой, в светлом одеянии добра и Божией правды.
Не будет допущен тот, кто свою грязную одежду души не сменит на одежду света.

______________________________________________________________________
Ссылки:

  1. Свт. Григорий Двоеслов. Толкование на Евангелие от Матфея. Притча о званых и избранных
  2. Свт. Григорий Двоеслов. Толкование на Евангелие от Луки. Притча о званых и избранных
  3. Святитель Феофилакт Болгарский. Толкование на Евангелие от Матфея. Притча о званых и избранныхх
  4. Св. прав. Иоанн Кронштадский. Притча о званых и избранных
  5. Свт. Иоанн Шанхайский. Толкование притчи о званых и избранных
  6. Свт. Лука Исповедник (Войно-Ясенецкий). Толкование притчи о званых и избранных
  7. Митрополит Антоний Сурожский. Толкование притчи о званых и избранных (1)
  8. Митрополит Антоний Сурожский. Толкование притчи о званых и избранных (2)
  9. Архим. Кирилл (Павлов). Толкование притчи о званых и избранных(по св. евангелисту Луке)
  10. Прот. Димитрий Смирнов. Толкование притчи о званых и избранных (по св. евангелисту Матфею)
  11. Гладков Б.И. Толкование притчи о званых и избранных (по св. евангелисту Матфею)
  12. Википедия. Толкование притчи о званых и избранных

Вызывать к жизни

Смотреть что такое «Вызывать к жизни» в других словарях:

  • вызывать — См. звать, причинять… Словарь русских синонимов и сходных по смыслу выражений. под. ред. Н. Абрамова, М.: Русские словари, 1999. вызывать … Словарь синонимов

  • Вызвать к жизни — ВЫЗЫВАТЬ К ЖИЗНИ. ВЫЗВАТЬ К ЖИЗНИ. Книжн. Быть причиной появления чего либо … Фразеологический словарь русского литературного языка

  • ИЗ ЖИЗНИ МАРИОНЕТОК — «ИЗ ЖИЗНИ МАРИОНЕТОК» (Aus dem Leben der Marionetten) ФРГ, 1980, 104 мин. Экзистенциальная драма. Картина шведского режиссера Ингмара Бергмана поставлена в ФРГ в более жесткой, обостренной манере, чем его типичные семейные психологические драмы,… … Энциклопедия кино

  • инициировать — ▲ вызывать (что) начало, процесс инициировать вызывать начало процесса. вызвать к жизни. провоцировать (# болезнь). разжигать (# темные чувства). дать начало чему. будить. разбудить. пробудить. посеять.… … Идеографический словарь русского языка

  • будить — (вызывать к жизни, возбуждать) что л. в ком и у кого. Будить в женщине (у женщины) любопытство … Словарь управления

  • родить — в чем мать родила, роди да подай… Словарь русских синонимов и сходных по смыслу выражений. под. ред. Н. Абрамова, М.: Русские словари, 1999. родить принести, произвести (на свет), разрешиться (от бремени); опростаться; вызвать, возбудить,… … Словарь синонимов

  • возбуждать — Волновать, агитировать; вызывать, побуждать, приглашать, подговаривать, подбивать, подгонять, поджигать, подзадоривать, раззадоривать, подстрекать, толкать, подталкивать, наталкивать, подучать, подущать, мутить, наущать, настраивать, натравлять,… … Словарь синонимов

  • будить — Поднимать, не давать спать. Ср. возбуждать… Словарь русских синонимов и сходных по смыслу выражений. под. ред. Н. Абрамова, М.: Русские словари, 1999. будить поднимать, не давать спать, пробуждать(ся), вызывать, возбуждать, (по)рождать,… … Словарь синонимов

  • внушать — Вдохновлять, вкоренять, внедрять, впечатлевать, вселять; запечатлевать; научать, вразумлять, наставлять; надоумливать, намекать, советовать, уговаривать. Прививать кому правильные понятия. Вливать в сердце добрые помыслы. Вселял безверие,… … Словарь синонимов

  • вселять — См. внушать … Словарь синонимов